Соломон. Забытая нежность

Да, поначалу кое-в-чем у меня имелся холодный расчет, в частности, что Аня немного успокоится, когда будет видеть и знать что у меня есть женщина. Но вот только я не предугадал, что у девочки вспыхнет ко мне интерес. А ведь я обещал ей в Рыбачьем, что не прикоснусь к ней и Свету держал рядом, чтобы Аня уверена была во мне и что я не мачо какой-то или ловелас. Однако вон как все получилось. Понимаю что переживал о глупостях, но элементарно боялся снова остаться один. Так я прикипел к обеим девочкам, что вот это осознание, как гром среди ясного неба пронзало меня в самое сердце каждый раз, когда я на них смотрел.

Всю дорогу Маша без умолку болтала, расспрашивала Аню о разных мелочах, я поглядывал на них через зеркало заднего вида и тихо улыбался сам себе, чувствуя умиротворение и покой.

Через пару с небольшим часов мы были на месте. Помимо идеи поездки к морю, где Аня и Маша никогда не были, у меня была ещё одна приятная и важная новость для старшенькой. В садик, куда я определил Машу было свободное место нянечки. И если Аня согласится… Но даже на этот случай у меня был припасен запасной вариант. Мы разговорились со Стасом и он сказал что может поставить Аню в регистратуру в пару к своей помощнице. В целом, на обеих работах был плавающий график, вполне можно было их совмещать. Я почему-то думал, что Аня ухватится за этот шанс. Она ведь не хотела сидеть дома, я прекрасно это видел. И тем более я не хотел чтобы она искала работу сама, это было небезопасно. А когда она с головой погрузится в работу, ей уже будет не до мыслей о побеге. Нет, я не собирался делать из нее черную рабыню, но мне и в самом деле казалось, что когда у нее появится какой-то круг общения помимо меня и Маши, она станет более раскрепощенной. Хотя… у Ани и без того очень бойкий характер и за этой милой оболочкой, уверен, скрывались такие страсти… Недаром ведь говорят в тихом омуте…

Остановив машину у родительского дома, я повернулся к девчонкам.

— Ну что готовы? Сейчас мать вас так накормит, что как колобки будете кататься по дому и тяжело вздыхать и охать. Она готовит так, что закачаешься!

— Ура! — Маша захлопала в ладоши, Аня же лишь натянуто улыбнулась. И я видел, да что там, чувствовал ее волнение. Но напрасно она переживала. Мама очень чуткий человек и Аня могла не беспокоиться, что их как-то плохо примут в этом доме. Я бы тогда не отчаялся на эту авантюру.

Мы выбрались из машины, я открыл дверь и провел девочек по дорожке к дому.

— Как красиво, дядя Игорь! — Маша схватила меня маленькой ладошкой за руку, а я оглянулся на Аню, понимая что беседы в мое отсутствие с Кукленышем все же велись. Дядя Игорь она меня не называла уже очень давно. Я просил ее называть меня просто Игорем.

Девочка восторженно смотрела по сторонам и смешно охала.