Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров

— Бежал?

— А кто ж там долго выдержит?! — Улюкай любовно посмотрел на подругу. — Ну а про тебя я наслышан. Даже гордость взыграла — надо же, наша Сонька стала такой знаменитой, все газеты пишут.

— Не нужна мне такая знаменитость, — отмахнулась женщина. — Морду лишний раз боюсь показать.

— Откуда бежала?

— Из Сибири. Думала, подохну. — Воровка закатала рукав блузки, показала ржавые пятна на коже. — Все отморозила, руки, ноги, спину.

— А в Тулу зачем? На воровскую биржу?

— Мне нужно найти одного человека.

— Я его знаю?

— Вряд ли.

— Он вор?

— Марвихер.

Улюкай согнал морщины на лбу:

— Из Одессы? Кочубчик?

— Ты его знаешь? — удивилась Сонька.

— Его все воры знают! Зачем он тебе?

— Нужно.

— Хочешь, я найду его?

— Сама найду, — тихо проговорила воровка. — Узнать бы, где он сейчас.

— Не в Одессе точно. Прячется где-то. Я знаю, воры питерские, московские и одесские поклялись достать его. И первым теперь достану я. Увидел тебя и достану!

Сонька положила ладонь на его руку, попросила:

— Не надо. Если ты мне друг, не надо. Я должна сама его увидеть.

Вор склонился к столу, чтобы заглянуть воровке в глаза.

— Так это правда, что ты влюбилась в этого… марвихера?

Она молчала.

— Правда. Сонька?

— С чего ты взял?

— Все газеты орали про твою любовь!

Женщина помолчала, потом тихо ответила:

— Правда.

— Вырви! Вырви эту заразу, Сонька!

— Не могу.

— Он загубит тебя!

— Знаю. И все равно не могу. Я подохну, если не увижу его. Узнай, где он. — Сонька коснулась руки приятеля, проникновенно сказала: — Попроси воров, чтоб не вели меня. Чтоб не вмешивались. Я сама разберусь с Кочубчиком. А потом объявлюсь.

Улюкай помолчал, тяжело вздохнул:

— Узнаю. Схожу на биржу, попробую узнать, где эта паскуда. Но только пеняй потом на себя, Сонька.

* * *Состав едва полз по узкоколейке, подавал писклявые гудки слабый паровозик, вагон скрипел и дергался. В вагоне третьего класса пассажиров было раз, два и обчелся."

"Была ночь, но Сонька не спала. Сидела у окна, смотрела на проносящиеся черные деревья и темные поселки. В вагоне было душно, надрывно кашлял мужик на соседней полке, вдали плакал ребенок. По проходу прошелся кондуктор с фонарем в руке, громко объявляя:

— Господа! Через тридцать минут Смоленск! Не забывайте свои вещи, господа!

* * *Сонька в числе прочих прибывших в Смоленск осторожно спустилась по ступенькам на перрон, огляделась в поисках какого-нибудь транспорта. Увидела на привокзальной площади несколько бричек и направилась к ним. Извозчики в предвкушении заработка заголосили со всех сторон.