Сонька Золотая Ручка. История любви и предательств королевы воров

Было темно, прохладно, влажно. Квакали лягушки, временами вскидывалась в речке крупная рыба.

От реки навстречу Соне двинулась высокая крупная фигура, это был пан Лощинский. Он с ходу обнял девушку, крепко прижал. Соня рассмеялась:

— Раздавишь.

— Любимая, ненаглядная, самая лучшая!

Девушка отстранилась.

— Я совсем ненадолго.

— Не отпущу тебя. Я схожу с ума, — еще сильнее прижал ее барон. — Ты моя… Моя!

Она опять рассмеялась.

— Не твоя. Мужняя! — чмокнула в щеку. — Мне пора. Не дай бог муж проснется!

— Он спит?

— А что ему еще остается?

— Боже, как можно спать, если такая красотка рядом? — Пан отпустил ее, заглянул в лицо. — Хочешь, я украду тебя?

— Не хочу.

— А что ты хочешь?

— Жить. Любить. Наслаждаться. — Лукаво взглянула на пана. — Ты сегодня без подарка?

— С подарком! Обязательно с подарком! — Лощинский полез в карман, достал сафьяновую коробочку с украшением. — Это должно тебе понравиться!

— Пан барон как-то обещал мне акции одной из лавок? — полувопросительно произнесла девушка. — Или пан забыл?

— Пан все помнит. Но всему свое время.

Соня, не открывая коробочки, ловко спрятала ее под кофточку, махнула рукой:

— Все. Побежала.

Мужчина перехватил ее за руку.

— Так быстро?

— Но там же твой племянник! Он ждет.

Барон резко привлек ее к себе.

— Что я могу для тебя сделать, чтоб все время быть рядом?

— Все время рядом? — переспросила Соня и задумалась. И вдруг предложила: — А если мы сбежим?

Барон опешил.

— Куда?

— Куда угодно. Свет большой.

Лощинский с недоумением и страхом продолжал смотреть на нее:

— А как же дом, дела? У меня ж ювелирные лавки, за ними надо следить.

— Продай. А на вырученные деньги купишь новые лавки в другом месте.

— Ты это серьезно?

Соня весело расхохоталась:

— Шутка! — Пошла прочь. Остановилась, изящно махнула ручкой: — Подумай, пан барон. Может, в этой шутке есть доля истины!

Она проскользнула в приоткрытую калитку, тенью метнулась через двор к дому. Вошла в спальню и увидела Шелома, сидевшего на ее постели. Он поднялся, грозно спросил:

— Ты где была?

— Почему таким тоном? — удивилась жена, снимая с себя теплую кофту.

— Я спрашиваю, где ты была?

— У сестры Фейги. У родственников, Шеломчик… Или ты запрещаешь их проведывать?

— В такое время к родственникам не ходят!

— А к кому ходят? — насмешливо спросила Соня.

Шелом смешался.

— Не знаю! Говори, где была! — повысил он голос.

Жена приблизилась к нему, нежно обняла, заглянула в глаза."

"— Вот ты сейчас кричишь на меня, а потом будешь жалеть. Извинись, пожалуйста.

— За что?

— За тон. — Снизу послышался плач ребенка. — Видишь, ребенка разбудил. Извинись.

— Ты правда была у родственников?

— Конечно, я ведь скучаю! С тобой хорошо, но и сестру не надо забывать.

Шелом поцеловал ее в нос, в глаза.