Спящая во льдах

Спящая во льдах
0/10 (0)
О чём книга

В третьей книге серии «Пардус» Никита возвращается в Санкт-Эринбург после каникул. Позади – бурное лето, знакомство с оборотнями, девушкой-клоном Ксенией и смертельно опасными дамами Оболдиной и Савицкой. Впереди – школа, уроки, дополнительные занятия по химии. Но враги не оставляют Никиту в покое. Они уже знают, где его искать, они подобрались совсем близко. Подтверждение тому – череда странных и страшных происшествий в школе, да и в городе тоже. Тени прошлого – далекого и близкого – сгущаются вокруг Никиты. Он нужен всем… Но зачем? Что он может дать непобедимым оборотням, всезнающим ученым или могущественной ведьме?

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Как только они поднялись наверх, музыка грянула с новой силой."

"Константин провел их в апартаменты, располагавшиеся прямо над залом клуба. Это было сумрачное помещение с низким сводчатым потолком и окнами, закрытыми изящными коваными решетками. Дверь, ведущая на балкон, была открыта, и ветер шевелил длинные тяжелые шторы из черного бархата. Свет давали миниатюрные желтые светильники, в огромном количестве закрепленные на стенах. Пол в комнате устилали звериные шкуры и потертые ковры. В самом центре ровным кругом стояли мягкие кресла, а у дальней стены виднелось большое прямоугольное зеркало, помутневшее от времени. Раму из черного дерева покрывала искусная резьба.

– Здесь проходит совет старейшин стаи, – пояснила Тесса. – Все они садятся в круг, а мой отец занимает место во главе.

Она показала на дальнее кресло, которое было больше остальных размерами. Его спинка была сделана из толстых изогнутых рогов неведомого животного. Сиденье и подлокотники покрывала толстая лохматая шкура бурого цвета.

В кресле по соседству дремал старик, – наверное, самый древний на всей земле. Его лицо походило на сморщенное печеное яблоко. Грива длинных седых волос свисала ниже плеч, борода же вообще доставала до пояса. Весь он был какой-то серый и невзрачный. Никита даже не сразу заметил старика, когда вошел в комнату. Честно говоря, поначалу ему показалось, что в кресле лежит груда грязного тряпья.

– Ноздря! – позвал его Константин. – Проснись! У меня к тебе дело!

Старик вздрогнул и зашевелился:

– Ась?!

– Дело, говорю!

Константин предложил Никите и Тессе сесть. Сам он опустился в кресло с рогами рядом со стариком.

– Неужто и для меня нашлась работенка? – прошамкал старик. – В кои то веки вспомнили про несчастного Ноздрю! Эх, раньше бывали времена!

Он мечтательно закрыл глаза и, похоже, снова уснул. Константин схватил его за плечо и с силой встряхнул.

– Да очнись же ты, старая перхоть!

– Так ведь не сплю я! – воскликнул старик. – Говорите, что за дело!

Тесса подала ему обломки короны:

– Нам нужно разыскать ее обладательницу.

Старик не торопился с ответом. И корону не взял, она так и осталась в руке девушки.

– И кому же это нужно? – спросил Ноздря.

– Наследнику, – ответил Константин.

Старик уставился на Никиту своими красными заспанными глазами.

– Это и есть Наследник?! – прошамкал он. – Верится с трудом…

Никита даже опешил.

– Это Наследник, старик, – хмуро произнес вожак стаи. – Он пришел к нам за помощью и попросил ее по всем правилам. Ты не можешь отказать ему.

Старик злобно усмехнулся:

– Отчего же? Что он может мне сделать?

– Вопрос не в том, что сделает он, – жестко произнес Константин. – А в том, что сделаю с тобой я! Отказывая ему в помощи, ты идешь против меня и против стаи.

Подборки для вас

Похожие книги

Восхождение Луны

Восхождение Луны

Детские книги, Зарубежные детские книги
Пони Мэйзи, или Подковы для полёта

Пони Мэйзи, или Подковы для полёта

Детские книги, Зарубежные детские книги
Таня Гроттер и ботинки кентавра

Таня Гроттер и ботинки кентавра

Детские книги, Детская фантастика
День огня

День огня

Детские книги, Зарубежные детские книги
Скрытое королевство

Скрытое королевство

Детские книги, Зарубежные детские книги
Секретные материалы

Секретные материалы

Детские книги, Детская фантастика

Оставить отзыв

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив