Спорим, ты будешь моей?

Если точнее – в трех духовках!

– Ммм, знаменитая выпечка Руби… – протянул парень.

– Триста лир за штуку! – тут же сориентировалась я.

– Ты же продаешь их по тридцать! – возмутился Эрик.

– Ночью и бедным голодным студентам, – парировала я, ничуть не смутившись.

– Бедным студентам ночью могла бы раздавать и забесплатно, – хмыкнул Эрик. – Благотворительность же – одна из добродетелей благородной леди.

Хотелось треснуть его по лбу поварешкой, но, как благодетельная леди, я сдержалась. Просто сунула ему в руки большую плетеную корзину, изнутри застеленную белоснежным вафельным полотенцем, и принялась доставать противни из духовок и перекладывать содержимое в корзину.

Аромат свежей выпечки стоял умопомрачительный. На самом деле Эрик не соврал – мои пирожки действительно были знамениты у студентов. В основном, потому что прикупить их можно было практически в любое время, если я нахожусь у себя в апартаментах. Я продавала их за себестоимость ингредиентов, а от этого моя выпечка нравилась молодым растущим организмам еще больше.

Эрик шумно сглотнул слюну и поинтересовался:

– А с чем пирожки?

– Эти – с мясом, – отозвалась я, накрывая корзинку вторым полотенцем и аккуратно подтыкая его, чтобы тепло не убежало раньше времени.

– С мясом… – мечтательно вздохнул Эрик.

– Триста лир, – невозмутимо повторилп я и забрала у него корзинку.

Точнее, попыталась забрать.

– Эй! – я потянула корзину за ручку на себя и запрокинула голову, чтобы гневно посмотреть на Эрика.

Но наткнулась на внимательный взгляд его ярко-синих глаз. Я ожидала очередной пикировки, но парень просто молча смотрел на меня. Пристально и изучающе, как будто впервые увидел.

– Что? – с вызовом спросила я.

Эрик моргнул и выпустил корзину:

– Ничего, – пожал плечами он. – Просто интересно наблюдать тебя за работой.

Я поставила корзину на разделочный стол, вручила Эрику следующую и отправилась открывать вторую духовку.

– Ой да брось, как ж эта работа, – фыркнула я, вытаскивая новый противень с сахарными завитушками.

– Вкусная, – снова сглотнул слюну Эрик.

Но я была непреклонна:

– Триста лир!"

"Звезда магбола обиженно поджал губы. По идее, сейчас ему надо было удалиться с оскорбленным видом, но почему-то парень продолжил с мученическим видом стоять и придерживать корзинку.

Затем также печально вздохнул, когда я принялась доставать из третьей духовки пирожки с яблоками, но героически держался.

Он не ушел и когда я принялась разбирать развалины своей творческой работы по тарелочкам, отделяя мастику от зефира и шоколада.