Старый, но крепкий 2

— Давай так: сколько ты готов дать? Хороший металл, отличное древ… э-э…

— Да это копье старше меня! — обернулся я к торгашу. — Ты мне уже продавал шест, и его буквально переломили о колено! Если я пойду в горы с таким копьем, и оно вдруг сломается, я уже не вернусь, чтобы высказать претензии! Десять, не больше. И древко можешь оставить себе.

— Десять? — Торговец возмущённо выпучил глаза. — Да ты шутишь! За такие деньги я тебе разве что новый шест продам! Тридцать пять — и это только потому, что ты у меня уже что-то когда-то брал!

Я закатил глаза.

— Кузнецы за подобные деньги на заказ оружие куют.

— Ладно-ладно! — поспешил он. — Двадцать монет и ни медяком меньше! От сердца отрываю!

— Если мы в медяках считаем, я согласен и на двадцать.

Торговец едва не задохнулся от возмущения:

— Ты о чем, какая медь⁈ Разумеется мы говорили о серебре!

Я тяжело вздохнул и нехотя полез за кошельком. Отсчитал оговоренную сумму и снова вздохнул. В кошеле оставалось всего семь серебряных монет с и десяток меди. На продукты хватит, но я ощущаю себя слишком уж неуютно, когда финансы подходят к концу. Жить от зарплаты до зарплаты или от пенсии до пенсии — это постоянное напряжение.

Торговец вручил мне копье и я побрел по рынку дальше. Нужно еще найти человека, который насадит наконечник на качественное древко. В идеале вообще сделать копье целиком из металла, но на такие траты у меня нет денег. Хотя, если соберусь на гору, могу и заработать. Где-то у лестницы лежит секира Барта, если ее еще никто к рукам не прибрал.

Толпа на рынке гудела, как растревоженный улей. Запахи жареного мяса, пряных трав и свежих овощей смешивались с ароматами пота и пыли.

Люди толкались, спорили, выкрикивали цены, а я стоял у прилавка с сушеными кореньями и смотрел, что вообще продают здесь из растений и пытался понять, как их перед этим обрабатывают.

Я уже собирался уходить, когда мой слух уловил обрывок разговора. Два торговца, стоявшие у соседнего прилавка, переговаривались негромко, но достаточно близко, чтобы я мог расслышать каждое слово.

— Слышал? Тот здоровенный стражник… ну, который постоянно подчиненных третировал. Здоровенный такой…

— Ты уже говорил, — перебил второй торговец. — И чего случилось с ним?

— Вчера скончался.

— Аглаер? — переспросил второй, удивленно вскинув брови. — Да ладно! От чего?

— Говорят, отравился выпивкой. Пил как не в себя, вот и допился. Хотя… — торговец многозначительно замолчал и наклонился ближе к собеседнику. — Ты же знаешь, какой он был. Колотил жену и сына без разбору. Может, жена решила, что хватит это терпеть?

— Хм… — второй задумчиво потер подбородок. — Не жалко его, если честно. Но на жену я не думаю. Может, сам себе на голову беду навлек. А может, кто-то помог.