Стажировка в Северной Академии

Глубоко вздохнула, выпрямила плечи, чтобы обрести хотя бы каплю уверенности в себе и медленно проговорила:

– Позвольте узнать, с кем я разговариваю?

Да, я помню, что вопросы здесь задает он, но не стоит держать меня за глупышку.

Кривая усмешка расчертила его лицо:

– Старший страж-дознаватель, Дито Ринай, – представился, и замер, ожидая моей реакции.

Страж–дознаватель? Не следователь? То есть, меня привели сюда, как... Как подозреваемую?! Не как свидетельницу, которая последней видела погибшую, а как виновную в смерти Мики?!

– Вы... – просипела, разом почувствовав, как перехватило горло, но цепкий взгляд и предвкушение в его глазах заставили взять себя в руки:

– Меня в чем-то обвиняют?

Мне была необходима холодность и уверенность, но, увы, именно эти качества всегда обходили меня стороной.

– Вас? – наигранное удивление и очередная усмешка заставили вздрогнуть, что мужчина встретил удовлетворенным кивком. – Что вы, Аделия, – протянул издевательски, – мы с вами просто мило беседуем.

Мило и беседуем – никоим образом не относилось к этой ситуации, но на его ехидную усмешку мне осталось лишь сдавленно выдохнуть.

– Вы так и не ответили, почему оказались здесь, в Монтайне?

Выпрямилась, посмотрела прямо в его глаза и ответила то единственное, что могла себе позволить:

– Я оказалась здесь по распределению.

– Да-а-а? – протянул, округлив рот, потом поджал губы и задумчиво постучал себе по подбородку:

– Надо же, а я думал, это называется несколько иначе.

– Что именно? – уточнила холодно, зная, что он скажет дальше, приготовилась к этому удару.

– Ссылка, – пояснил с ехидством, будто пытался донести элементарные мысли до неразумного дитя, – да, это называется ссылкой, – помолчал и припечатал:

– За воровство.

Кто бы мог подумать, что жизнь раз за разом будет напоминать мне о том, что я не смогла побороться за честь своего имени, когда у меня была такая возможность? И что мне ни раз придется пожалеть о своей трусости.

– Хорошо, – кивнула, успев заметить, как в его глазах промелькнуло недоумение. – Пусть будет ссылка. Но какое это имеет отношение к тому, что произошло со студенткой академии?

– О, это, – мужчина оживился, недвусмысленно растирая белесые ладони одну об другую. – Это имеет самое прямое отношение. Поверьте.

Верить я ему была не намерена, о чем тут же хотела сказать, но в коридоре послышались неясные голоса и торопливые шаги, а следом в кабинет ворвался разъяренный... Винсент."

"Таким я профессора не видела никогда – растрепанные волосы, горящие злобой глаза и плотно сжатые губы, словно он из последних сил сдерживался, чтобы не высказать всем окружающим, что он думает о них.