Стирая прошлое

Кейд напрягся, сжав кулаки.

— Мне этого недостаточно, Гвен. Я не мог спать по ночам, зная, что тот, кто причинил боль самому дорогому в моей жизни, все еще находится в этом мире.

— И как, по-твоему, я буду спать по ночам, зная, что человек, которого я люблю, заказал убийство? — чуть не визжала я. — Не тебе играть в судью, присяжных и палача! Как я буду с этим жить? Мне придется беспокоиться о том, разберешься ли ты с кем-то, кто увел у меня место на парковке или последнюю пару туфель, которую я хотела? — Мой голос все еще звучал громко, возможно, гранича с истерикой.

— Господи, Гвен.

Это совсем другое, и ты это знаешь. Я не гребаный монстр. Я не такой, как он! — взорвался Кейд в вспышке гнева.

Мой характер угрожал сравниться с его, что, вероятно, было связано с гормонами беременности, а возможно, и нет.

— Может, пока нет, Кейд! Но раз человеческая жизнь так мало значит для тебя, что тебе так легко покончить с ней одним телефонным звонком, кто знает, куда это тебя заведет. Я не собираюсь так жить, мой… — я оборвала себя, чтобы не выпалить: «Мой ребенок не будет так жить».

Выражение ярости и боли на лице Кейда пронзило меня, словно кинжалом.

— На х*й все это! — прорычал он. — Ладно, Гвен, не хочешь жить с монстром, тогда я уйду и больше не буду частью твоей жизни. — Он протиснулся мимо меня и ушел, хлопнув дверью. Я услышала рев Харлея, когда он умчался с подъездной дорожки.

— Дерьмо, — пробормотала я себе под нос.

Слегка прижав руку к животу, я опустилась на пол и по моим щекам заструились слезы.

Глава 17

Следующим утром я проснулась рано от спазмов в желудке. Быстро откинув одеяло, я успела вовремя добраться до ванной Кейда. Освободив желудок от вчерашнего цыпленка, я прислонилась головой к холодному фарфору, и при воспоминании о катастрофе прошлого вечера меня охватил ужас.

После небольшой истерики на полу я закончила готовить ужин, оставила порцию Кейду и запихнула ее в холодильник. Спать я легла рано, надеясь проснуться вместе с Кейдом, чтобы мы могли все уладить.

Утром кровать была пуста. Домой он не вернулся. Я не знала, что мне думать по поводу того, что именно он ответственен за смерть Джимми. Назвав его монстром, я причинила ему боль. Но я никак не могла согласиться с тем, чтобы покончить с чьей-то жизнью, даже если это был подонок эпических масштабов.

И все же нельзя сказать, что я сожалею о смерти Джимми.

С моих плеч словно свалился груз. Это меня тоже пугало. То, что я сказала Кейду прошлым вечером, было правдой: если человек любит настолько, чтобы совершить ради тебя убийство, где должна проходить черта? Что оправдывает прекращение чьей-то жизни во имя кого-то другого?

Я покачала головой, мыслей было слишком много, чтобы справиться с ними и с незапланированной беременностью. Я должна поговорить с Кейдом.