Стирая прошлое

Джимми вскочил, паля во все стороны. Я наблюдала, как усеянные пулями тела моих похитителей падали один за другим. Джимми, этот таракан, сопротивлялся офицерам, надевавшим на него наручники, и вышел из кровавой бани невредимым. Мое зрение затуманилось. Темнота, угрожавшая поглотить меня, тянула вниз.

«Нет, я не могу умереть сейчас», — в отчаянии думала я.

— Мэм, не отключайтесь. — Перед глазами возник офицер, сняв куртку, он прикрыл мою наготу. — Теперь вы в безопасности. Парамедики уже в пути, мне только нужно, чтобы вы не отключались.

Я старалась, правда, старалась. Пыталась бороться с силой, опускающей веки вниз, но она победила, и все вокруг погрузилось во мрак.

Глава 1

— Когда она очнется? Прошло уже больше недели! — в отчаянии требовал голос.

— Когда речь идет о черепно-мозговых травмах, нет никакой уверенности, к тому же, вашу сестру сильно избили, ей нужно время на исцеление, — спокойно ответил женский голос.

Я попыталась открыть глаза, но веки будто склеились… и я не могла пошевелиться. Меня охватила паника. Я, что, парализована? «Молю, Боже, не дай, чтобы меня парализовало».

Я приложила все усилия, пытаясь заставить глаза открыться, они мне не сопротивлялись, но будто принадлежали не мне. Я сдалась и попыталась пошевелить губами, издать какой-нибудь звук, предупредить окружающих, что я очнулась. Но не смогла, тело не хотело мне подчиняться.

Паника усилилась, когда я поняла, что заключена в ловушке собственного тела, не в силах его контролировать. Паника быстро сменилась темнотой, и я вновь рухнула в бездну.

***

Громкий писк нарушил мой сон — он не умолкал. Я считала, что уже привыкла к звукам Нью-Йорка, хотя это не походило на уличный шум. Писк был слишком близко, прямо у уха. Почти в мозгу.

Уверена, мой будильник звучал не так, а Эми никогда не вставала раньше меня. В ноздри ударил запах дезинфицирующих средств, что сразу же навело на мысль: наша квартира никогда не была достаточно чистой, чтобы пахнуть антисептиками.

Затем нахлынули воспоминания, их тяжесть навалилась на меня — то, что я видела, что произошло после. Боль, которую я никогда не забуду.

Я попыталась разлепить веки, сначала все казалось размытым. Потребовалось несколько минут, чтобы комната обрела четкость. Я посмотрела на кровать, заметив, что одна моя рука в гипсе, другая подключена к капельнице и аппарату, звук которого и разбудил меня. Мой взгляд скользнул в угол комнаты, там, свернувшись в неудобной позе, спал мужчина в армейской форме.

— Йен? — прохрипела я, голос звучал так, будто я накануне выкурила пачку «Мальборо». Чего я, конечно, никогда бы не сделала, несмотря на то, что этим увлекалась Кэрри Брэдшоу. Желтые зубы и преждевременные морщины? Нет, спасибо.