Странный дом. Недетские игры

Стас подошел к нижней ступеньке, подождал, пока Серов спустится на площадку, но тот остановился раньше, ступенькой выше.

– Со мной уже следователь поговорила, – напомнил он.

– А со мной еще нет, – заметил Стас. – Расскажете, как было дело?

– Конечно, конечно! – с готовностью заохал Серов и вытянул шею, рассматривая экспертов. – А ее уже унесли? Жива?

– Жива, – ответил Стас. – А теперь поведайте историю о том, как вы обнаружили вашу соседку. Прямо с самого начала.

– В общем, собрался я в магазин. Есть тут у нас один, который поздно закрывается. Продавщица там, Ленкой зовут, вы ее спросите, она скажет, что я нормальный…

Лев Иванович уже не прислушивался.

Они с Викторией подошли к подоконнику. Она расстелила газету, Лев Иванович принялся вынимать и раскладывать вещи из сумки пострадавшей.

– Я оставила у себя только паспорт, – сказала следователь. – Содержимое сумки особо не рассматривала. Посмотрела, конечно, но не более. Тщательный осмотр отложила до вашего приезда.

– Зря сразу тщательно не осмотрели, – заметил Гуров. – Иногда самые важные улики можно обнаружить по горячим следам.

– Связка ключей у экспертов, – продолжила Виктория Сергеевна.

– Где вы их нашли?

– В углу, возле двери в ее квартиру.

– И ключи подходят к замку?

– Подходят.

– Понятно.

Сумка оказалась наполнена совершенно обычными вещами. Маленькая массажная щетка для волос, влажные салфетки, наушники в футляре, косметичка, леденцы от кашля.

– Я хотела обратить ваше внимание вот на что, – Виктория Сергеевна опустила руку в сумку и вынула из нее маленький пакет с апельсиновым соком.

– «Для детей с 3-х месяцев», – прочитал Гуров надпись на упаковке.

– И вот это, – на ладони Виктории Сергеевны, обтянутой синей медицинской перчаткой, лежала пачка печенья с нарисованным на упаковке тигренком.

– Вскрытая, – резюмировал Гуров. – Детский сок, печенье для детей, детские отпечатки пальцев на внешней стороне двери… Полагаете, у нее есть дети?

Виктория Сергеевна кивнула.

– В паспорте есть такая отметка. Степан Алексеевич Долецкий, две тысячи восемнадцатого года рождения. Мальчик родился в мае, сейчас ему два с половиной года.

– А у вас есть дети? – спросил Гуров, складывая вещи в сумку.

– Есть. Тоже мальчик. Он у моих родителей живет, в Питере, ему три года. Мы с мужем пока что в Москве, а ребенка таскать туда-сюда не хочется. Там у него садик, друзья…

– А муж тоже служит в полиции?

– Тоже. Но он преподаватель.

– Наверное, надолго в Москву приехали, если снялись с места вместе с супругом?

– Посмотрим. Пока что на год, а там видно будет.

Лев Иванович стянул перчатки, машинально сунул их в карман. «Ребенок, значит, – завертелось у него в голове.