Странный дом. Недетские игры

Отец вложил сюда немало средств, это тоже важный момент. Представьте, он обошелся без чьей-либо помощи. Ни кредитов, ни взаймы у знакомых он не брал. Обошлось.

– Тогда откуда у даже очень известного психотерапевта деньги на покупку особняка на Старом Арбате? – прищурился Гуров.

– Ему помог друг, он же бывший пациент, – объяснил Алексей. – Когда-то отец лечил его дочь, и результаты лечения превзошли все ожидания. А до того ничего не помогало. Не помню точный диагноз, да это и неважно. Ну вот тот самый друг и помог. Отблагодарил, так сказать. Но вот откуда деньги у того друга, я не знаю, уж извините.

– Понятно. И теперь ваш отец никому и ничего не должен?

– Получается, что так, – развел руками Алексей. – Во всяком случае, мне об этом ничего не известно, это уже их дела. В документах также долговых обязательств я не встретил. Мы никому ничего не должны, иначе я был бы в курсе.

«Выходит, деньги остались в клане Долецких, никуда не ушли, – подумал Гуров. – Никто посторонний Алексею с покупкой бизнеса не помогал. Значит, отпадает еще одна категория подозреваемых – кредиторы».

Долецкий посмотрел на кончик сигареты и вынул из пачки новую. Правда, прикуривать не стал, а просто принялся разминать ее пальцами.

– А какую роль во всей этой истории сыграл Максим Голенко? – спросил Гуров.

– А вы бы не стали интересоваться подробностями лечения вашей матери, если бы она умерла?

– Стал бы, конечно, – ответил Гуров. – Но если бы врачи мне сами что-то доходчиво объяснили и вообще бы пошли на диалог, то я бы, наверное, чувствовал себя немного легче. Если ситуация прозрачна, то ведь в таком случае им нечего скрывать, не правда ли?

Алексей выставил вперед ладонь, давая понять, что Лев Иванович, возможно, поторопился с выводами.

– Я вас понял, не продолжайте. Но лечение было правильным. Я доверяю своему отцу, я смотрел его записи, изучал историю болезни, аудиозаписи их сеансов. Случай сложный, но далеко не единственный в этом мире. Человек хочет получить помощь, он открыт к диалогу, готов работать, и все у него получается. Но вечно так продолжаться не может. Человека отбрасывает назад, и об этом женщина была предупреждена, но почему-то не стала никому сообщать, что ей снова нужна помощь. Причин тому много. Она могла устать. Она могла передумать лечиться – и это тоже надо брать в расчет. Любая мелочь, любая неприятность влияют на наше настроение. Если ты в этот момент балансируешь на краю пропасти, то тебе срочно нужно за что-то ухватиться. Она не захотела.

– Или не смогла, – вставил Гуров.

– Или не успела, – сказал Алексей. – Теперь она уже ничего не сможет объяснить. Но осталась история болезни, которую я тщательно изучил. Мой отец все делал правильно. Просто в какой-то момент его не оказалось рядом.