Сумасбродка

Она здорово замерзла, и именно это было хуже всего — хуже разбитых ребер, хуже мучительной тошноты, скрутившей желудок. Она продрогла до костей и не имела представления, как ей согреться.

— Мне холодно, — сказала она, сердито глянув на Грея. — Вы не могли бы раздобыть хоть какое-нибудь одеяло?

— Между прочим, я продрог не меньше, чем ты! И где, по-твоему, в такой дыре может отыскаться одеяло? Ты хоть соображаешь, куда нас занесло?

— Это Дурбан привез меня сюда. Мы в каком-то старом сарае сейчас и, наверное, чуть-чуть не доехали до Фолкстоуна.

— Ладно, — неожиданно сжалился Грей, — давай-ка я лучше снова укрою тебя соломой.

В это время еще один солнечный луч упал на стену сарая, и барон замер."

"— А ведь дождя-то больше нет! Хоть это хорошо. А теперь слушай. Я не имею понятия, где именно мы находимся, но одно знаю точно: Фолкстоуном здесь и не пахнет. Скорее всего мы сейчас далеко к западу от Лондона.

— Да нет же, мы скакали по южной дороге!

— Если бы ты родилась мужчиной, то, возможно, лучше угадывала направление. Но ты никакой не мальчишка, а чертова девчонка и гнала бедного Дурбана во весь опор по западному тракту! Мы где-то возле дороги на Ридинг или еще дальше…

— О Господи! — простонала девушка и зажмурилась. Но тут же она снова взглянула на Грея и беспомощно заморгала. — Неужто мы и в самом деле так далеко от Фолкстоуна?

— Боюсь, что так. Тебе еще повезло, что я погнался за тобой, потому что, не будь мужчин, женщины не смогли бы отыскать дорогу даже к собственному дому! Ну а теперь снимай с себя все — я повешу твои вещи сушиться. Другого выхода я все равно не вижу, так что давай пошевеливайся. Может, тебе помочь?

— Лучше просто отвернитесь.

Грей хмыкнул, однако не стал спорить.

— Пожалуй, я тоже разденусь.

Он поднялся с колен и тут же услышал, как за его спиной раздался сдавленный стон. Обернувшись, барон увидел, как девушка беспомощно покачнулась, но не успел подхватить ее. Несчастная снова рухнула на солому. В ответ на извергаемый им поток брани Брюстер испуганно заржал.

— Вы опять чертыхаетесь.

— А что я еще могу делать в таких обстоятельствах? Любой поступил бы так же на моем месте. Ничего себе, веселенький выдался вечерок! Безумный лакей моих теток украл мою лошадь, я его догнал — а он оказался девчонкой. Да в довершение всего еще и нездоровой! — Тут Грей звонко хлопнул себя по лбу. — Подумать только, скоро наступит новый день, а я все еще не пришел в себя после этого мерзкого вечера!

— А разве вечером что-то случилось?

Она лежала на боку, не шевелясь, чтобы не вызвать лишним движением повторение острой боли в ушибленном ребре и тошнотворную ломоту где-то в затылке. Ей уже не было так холодно — скорее всего не оттого, что она согрелась, а оттого, что все чувства ее притупились.