Сумасбродка

Лучше ты снова сядь ко мне на колени и поцелуй в губы, а я займусь твоими подвязками.

Джек тут же послушно исполнила его просьбу и раздвинула ноги.

— Так было нарисовано на одной картинке, — невинно сказала она, глядя ему в глаза. — Только на мужчине и женщине совсем ничего не было надето! Кажется, мне это начинает нравиться! — С этими словами она сжала в ладонях его лицо и стала целовать.

В ответ Грей прижал Джек к себе что было силы и стал покрывать жадными поцелуями уши, шею, гладить руками спину, пока не проник к ней под юбку. Тут он замер.

Она умудрилась придвинуться так, что Грей больше не в силах был сдерживаться. Он схватил ее за бедра и пробормотал:

— Джек, разведи ноги пошире. А теперь придвинься еще ближе, так близко, как только сможешь.

Черт побери, он и не представлял, как чудесно у нее это получится! Его руки уже скользнули с бедер ей на живот. Он почувствовал, как она замерла в напряжении.

— Тебе нечего скрывать от меня, — зашептал Грей. — Я уже видел тебя целиком, и твой живот тоже. Он очень милый и нежный. Ничуть не хуже, чем твоя белая нежная попка — а ведь ее я тоже видел. Помнишь, ты собиралась выскочить в таверне из окна? Ну а я тогда оказался сзади и мог вдоволь налюбоваться всем, что спрятано у тебя между ног. Потом, позже, мы непременно обсудим и твои бедра, и твои ножки — напомни, чтобы я не забыл об этом. А пока лучше просто опусти головку мне на плечо и дай насладиться тобой. Нет, слегка откинься назад, я сам удержу тебя на руках. Успокойся и расслабься, но не засыпай на ходу, ладно? — Тут у него захватило дух, так как он наконец добрался до самого сокровенного места.

— Грей! — Она отшатнулась и едва не свалилась на пол кареты. — Я чувствую себя слишком уж странно!

Еще бы это было не так, ведь между их телами оставался лишь жалкий слой тонкого шерстяного полотна!

— Погоди, это только начало, — пообещал барон. Он расстегнул штаны, освободил свое копье и направил его в цель.

От удивления у Джек глаза полезли на лоб, но она не могла видеть его член, поскольку чуть не до макушки была завернута в ворох своих нижних юбок. Зато она прекрасно чувствовала его…

— Ох, Боже мой, ты что делаешь? Я ничего не понимаю? Хватит, перестань!

Барон остановился, и Джек замерла ни жива ни мертва. Но через некоторое время он незаметно, дюйм за дюймом стал снова погружаться в ее тело, так как просто не в состоянии был не ответить на немой призыв влажной, горячей бездны. Наконец он невнятно произнес:

— Все идет как надо, Джек, ты просто не двигайся и посиди так какое-то время. Я уже почти вошел в тебя, и осталось совсем немного. Ты чувствуешь меня? Это не так уж противно, правда?

— Я пока и сама не знаю… — Голова, лежащая у него на плече, слегка качнулась.