Суженая

Я настолько в ней нуждаюсь, что малейший интерес к кому-то меня выводит из состояния равновесия. Чувствую её на сто процентов, и именно на столько она должна принадлежать мне. Без неё меня постоянно посещают мысли о суициде, и только ей удалось меня вырвать из депрессии. Если бы не Кэт, я была бы уже в психушке.

И вот сейчас она мне говорит, что в России очень круто, не то что в этой скучной Англии. Загорелась проектами и решила остаться. Я в шоке. Проклинаю тот день, когда предложила съездить со мной в гости к родителям. Мало того, что я ненавижу Россию. Так ещё и вся моя жизнь осталась там. Я не могу всё бросить и не вернуться.

— Кэт, поехали со мной. Всего на несколько недель. Я думаю, мне хватит этого времени, чтобы уладить все вопросы.

Конечно, гордость не позволяет мне сказать, что я без неё загнусь. Да даже и не в этом дело, просто результата не будет. Если Кэт решила, значит, так и будет.

— Алиса, ну что мне там делать? Я всё сказала. У меня уже здесь планы. Я вообще не понимаю, в чём дело. Сейчас интернет и куча средств связи, мы будем всегда и так рядом.

В моей голове это звучало так: «Милая, ты мне жутко надоела, и я хочу отдохнуть от твоего вечного уныния».

Была готова стать перед ней на колени, да как угодно унизиться, если бы знала, что это поможет.

Она была непреклонна. Значит, выход один. Смириться, и будь как будет. Даже не старалась вытирать слёзы, и так все глазели. Мне плевать. Сразу же, не выходя из кафе, принялась заказывать билеты на самолёт. И тут подсел этот маменькин сыночек. Вот поэтому я не хочу здесь задерживаться. Постоянно все лезут в душу и пытаются навязать свою помощь. Пришлось быстро свалить из кафе, оставаться здесь невозможно.

Я неслась по городу и не знала, куда деться, чтобы меня не доставали: дома мама, на улице прохожие пялятся вовсю, в такси, конечно, примутся успокаивать. Хотелось выть от этого на весь город. Увидев кинотеатр, я взяла билет на сеанс, который уже шёл, села на последний ряд. Мне повезло, было совсем не многолюдно. И вот теперь слёзы потекли градом, я могла вдоволь наплакаться. Часа вполне хватило, чтобы опустошить сосуд безысходности на сегодня. Билет заказан, и завтра я уже буду далеко отсюда. Не стану сама звонить и писать. В конце концов, навязываться вечно нельзя.

Мама расстроилась, хоть я и так задержалась дольше, чем планировала. Отцу отправила сообщение, в ответ он прислал: «Ок».

Я сидела, собирала чемодан, и мысль о самоубийстве незаметно подкрадывалась ко мне. Зачем жизнь, если она сплошное мучение? Каждый день мне даётся с таким трудом. Мне всё же нужно вернуться к консультациям своего психолога. Со мной однозначно творится что-то не то.

Интересно, когда теперь обо мне вспомнит Катрин?

Она вспомнила обо мне на следующий день.