Сведенные судьбой

Тебе это кажется. — Он крепче прижал к себе ее руку, лежавшую у него на плече. — Чувствуешь, как тут все прочно? Ощущаешь мою ладонь на своей спине и как я обнимаю тебя? Забудь о своем чувстве равновесия, пользуйся моим. Я как скала. И не дам тебе упасть."

"— Невозможно игнорировать собственные чувства, пусть даже они ошибочны.

Габриель провел ее еще через несколько туров. Он оставался единственным средоточием устойчивости в мире, который качался и кренился вокруг нее. Несмотря на то что этот вариант вальса был более легким и контролируемым, нежели тот, которому ее учили раньше, внутренний гироскоп не выдерживал даже поворота в три четверти.

Уже скоро она начала обливаться холодным потом, к горлу подступила тошнота.

— Мне сейчас сделается плохо, — задыхаясь, предупредила Пандора.

Габриель немедленно остановился и прижал ее к себе. Он был благословенно прочен и стоял замерев, удерживая девушку, пока она пыталась побороть приступ тошноты. Постепенно слабость отступила.

— Постараюсь объяснить тебе проще, — наконец заговорила Пандора, упираясь влажным лбом в его плечо.

 — Вальс для меня то же самое, что морковь для тебя.

— Если выдержишь еще немного, — заявил Габриель, — я съем целую морковку у тебя на глазах.

Прищурившись, она посмотрела на него:

— А я смогу выбрать для тебя морковь?

У него грудь заходила ходуном от смеха.

— Конечно.

— Одно другого стоит. — Отодвинувшись от него, Пандора опять положила руку ему на плечо и упрямо встала в позицию для вальса.

— Найди неподвижную точку в комнате, — предложил Габриель, — и смотри на нее, пока делаешь поворот.

— Нет, я такое уже пробовала, не помогает.

— Тогда смотри прямо на меня, а окружающее пусть крутится, не фокусируйся на нем. Я буду твоей неподвижной точкой.

И вновь он повел ее по кругу, и Пандоре пришлось с неохотой признать, что когда, сосредоточиваясь на лице Габриеля, переставала обращать внимание на комнату, окна и предметы обстановки, то чувствовала себя вполне сносно. Он проявлял безграничное терпение, уверенно вел ее через вращения, скольжение и перемену шагов, внимательно следил за ее реакциями и движением.

— Не поднимайся так высоко на цыпочках, — посоветовал он в какой-то момент.

А когда она опасно покачнулась в конце поворота, сказал: — Когда такое случится, давай я буду удерживать твой баланс.

Проблема заключалась в том, что ей приходилось бороться со своими инстинктами, которые начинали бунтовать и тянуть ее бог знает куда. Так было постоянно. В конце следующего поворота Пандора напряглась и попыталась выровнять себя, когда ей показалось, что ее потянуло вперед.

Кончилось тем, что она споткнулась о ногу Габриеля.