Сведенные судьбой

Он никогда не выпускал его из-под контроля, зная, что заведение представляет для отца одну из главных забот. Один раз в клубе появился Тео, лорд Тренир. Это был крепкий симпатичный молодой человек, светловолосый и голубоглазый. Под очаровательной внешностью скрывался взрывной, неудержимый характер.

— Он пришел провести ночь в «Дженнере» с какими-то друзьями, как раз когда я был там, — продолжал Габриель. — И большую часть времени просидел за игрой в кости. Игра не шла. Он был из тех, кто хочет во что бы то ни стало отыграться, вместо того чтобы остановиться вовремя.

Перед уходом Тео обратился с просьбой получить членство клуба. Управляющий пришел ко мне, слегка взволнованный, и попросил разобраться с игроком такого высокого положения.

— Ты отказал Рейвенелу? — поморщился Уэстклиф.

Габриель кивнул.

— Его кредитная история была ужасна, а семейное поместье заложено-перезаложено. Я вежливо и доходчиво, насколько это возможно, все объяснил ему. Однако… — Он покачал головой, вспоминая.

— Он впал в ярость, — предположил Уэстклиф.

— У него ртом пошла пена, как у разъяренного быка, — удрученно сказал Габриель, вновь переживая ситуацию, когда Тео внезапно накинулся на него с кулаками.

 — Он не переставал бросаться на меня, и пришлось уложить его на пол. Я знавал мужчин, которые не могли контролировать себя, в особенности когда были навеселе, но ни у кого не видел такого взрыва эмоций.

— Непостоянство темперамента Рейвенелов всегда было притчей во языцех.

— Вот уж спасибо, — кисло заметил Габриель. — Теперь я не удивлюсь, если мое будущее потомство появится на свет рогатое и хвостатое.

Уэстклиф улыбнулся.

— По моему опыту, это зависит от того, как вы будете обращаться с детьми.

 — Граф был устойчивым, прочным центром своего громогласного, неистового семейства, которое состояло из жизнерадостной жены и выводка непокорных отпрысков.

Но на фоне леди Пандоры все они выглядели бы ленивцами.

Габриель пробормотал:

— Я никогда не отличался большим терпением, Уэстклиф. — В ту же секунду он заметил, что мотылек рискнул подлететь слишком близко к манящему пламени. Изящные крылышки вспыхнули, и насекомое превратилось в тлеющий комочек. — Вам что-нибудь известно о новом лорде Тренире?

— Его зовут Девон Рейвенел.

По всем сведениям, его любят в Гэмпшире, и он вполне компетентно ведет дела поместья. — Уэстклиф помолчал. — Мне кажется, он женился на молодой вдове прежнего графа, что, конечно, не является противозаконным, но заставило многих приподнять брови.

— У нее, должно быть, была весомая вдовья часть, — цинично заметил Габриель.

— Возможно. В любом случае я не ожидаю, что лорд Тренир будет возражать против вашего брака с леди Пандорой.

Рот Габриеля дернулся.