Сверхвозможности человеческого мозга

Через несколько секунд я уже лежал в кровати, накрыв голову подушкой. Снова было все в порядке, и я собрался вставать от греха подальше, но был остановлен тьмой, которая постепенно сгущалась и застилала глаза, причем так настойчиво, что я растерялся. Тогда я решил, что единственный способ что-либо изменить – это встать с кровати, и поскорее, иначе это может плохо для меня обернуться. Мне это удалось. Но темнота не отступала, и я натыкался на предметы в комнате. Переворачивая их, я, в конце концов, свалился на пол и через несколько минут оказался в стазисе (назову это так). В черном, непроглядном стазисе, где идея движения не имеет даже права на существование. Вот тут я уже не берусь говорить, сколько там провисел, потому что чувства времени не было совсем. Как и мыслей. Внутренний диалог совсем заглох, и я даже насильно не смог бы заставить его вернутся. Вы можете себе представить мое состояние? В конце концов я предпринял попытку сконцентрироваться на тактильных ощущениях, исходящих из реала. Хотя на тот момент сильно сомневался, что этот самый «реал» вообще существует. Получилось. Очнулся по-настоящему. Встал. Записал.

Оказалось, что с момента, как я сходил попить чай, все происходило в фазе, и это хорошо, потому что, падая, я сломал стул, и было бы очень обидно, произойди это на самом деле.

АЛЕКСАНДР ЛЕЛЕКОВПрограммист. Санкт-Петербург, Россия• Во сне я передвигался огромными прыжками, гораздо длиннее, чем у кенгуру, метров по 100–300. Мне такое снится регулярно, и обычно я сразу понимаю, что нахожусь во сне. И вот, во время одного из прыжков я прямо в полете осознал, что сплю и что точкой моего приземления будет небольшой грязный пруд. Как и предполагалось, я приземлился именно туда, ушел глубоко в воду. И в этот же момент оказался в трафарете, с руками и головой, наполовину отделенными от него.

Я немного занервничал, что и эта попытка входа в фазу будет безрезультатной, поэтому незамедлительно попытался разделиться с телом. У меня не получалось выйти ни головой, ни руками, и тут я впервые развернулся вокруг своей оси и выбрался. Потом плавно сполз или упал с кровати, но боли не почувствовал. Прополз 1–2 метра и понял, что могу вернуться в реал. Стал щупать ковер и еще что-то, правда не знаю, что именно (было темно), и – о чудо! – через 20–30 секунд я ощутил нечто похожее на то, что должен чувствовать маленький котенок, когда у него прорезаются глаза. Сначала все было мутноватым и расплывчатым, но в дальнейшем картина начала проясняться, комната озарилась светом, краски стали яркими и насыщенными. Я как мог пытался сдерживать волнение, и, как ни удивительно, это получалось.

Я походил по своей квартире и поразмышлял над тем, чем бы мне заняться.