Святость и соблазн
Обольстительная красавица из снов, невинная девушка, потерявшая память на пожаре, и популярная писательница любовных романов… Так кого же из них спас Руперт Атвуд и кому отдал свое сердце?Он тщетно пытается разрешить эту загадку в течение долгого времени, а когда все неожиданно проясняется, не сразу понимает, радоваться ему или огорчаться…
Но как бы то ни было, намек есть намек, и Руперт вовсе не собирался сразу отвергать любого рода информацию, могущую помочь Флоренс вновь обрести себя.
— Предположим, хотя бы на мгновение, что этот звук вы слышали в реальности. — Она выглядела такой обеспокоенной, что сердце его опять сжалось. — На что он походит? — осторожно спросил он, стараясь не отвлекаться на бесполезные эмоции.
Флоренс покачала головой.
— Знаете… такое ритмичного пощелкивания. Вроде стука кастаньет… Нет, не это. С каким-то металлическим отзвуком… — У нее вырвался тяжелый вздох. — Нет, никак не могу сообразить, что он мне напоминает.
— А где вы находились в тот момент, когда его слышали? — спросил Руперт, надеясь таким образом навести ее на разгадку.
— В… в спальне.
Флоренс вновь отвела взгляд, и Руперту показалось, что она по-прежнему что-то утаивает от него. Он никак не мог решить, что лучше: попробовать выведать у нее недостающую информацию или попытаться извлечь что-нибудь из того, что она уже рассказала? Первое казалось более интересным, однако приходилось довольствоваться пока последним.
— И оба раза звук был один и тот же? — снова спросил Руперт.
— В том то и дело! — воскликнула Флоренс. — Хотя когда дождь барабанит по окну или по паркетному полу прыгает жемчужина, звук должен быть разным. И еще, — она чуть помедлила, — меня почем-то это ритмичное металлическое постукивание очень встревожило.
Заметив испуг в ее глазах, Руперт попытался сменить тему.
— Расскажите, как выглядела во сне ваша спальня. Можете ли вы припомнить что-нибудь конкретное? Какие-то детали обстановки?..
Он увидел, как нахмурились ее брови и, стараясь не мешать ей сосредоточиться, отвел взгляд в сторону. Наконец у Флоренс вырвался тяжелый вздох сожаления. Она никак, ну никак не могла описать интерьер, который видела во сне. Слишком уж он был говорящий, что ли?
— Нет, ничего, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал убедительно.
Видимо, Руперт ей поверил, но не пожелал смириться с поражением и осторожно предложил:
— Почему бы вам не закрыть глаза? Попробуйте, может быть, припомните хоть какую-нибудь мелочь.
Он знал, что не должен понуждать ее к воспоминаниям, однако не мог решить, в ее ли это интересах или в его собственных. Было ли тут дело только в доверии или она руководствовалась другой мотивацией, пока что ему непонятной?
Из-за прибрежного утеса выплыла белоснежная красавица яхта, за штурвалом которой стоял стройный черноволосый молодой человек в белых шортах и такой же тенниске. Взяв висящий на груди бинокль, он собрался поднести его к глазам, чтобы обозреть окрестности… И тут случилось нечто невероятное.
Схватив Руперта здоровой рукой, Флоренс больно толкнула его в спину загипсованной.














