Табу

Все, что осталось от прошлого – это всего лишь громкая фамилия, вот только когда еще недавно лучшие друзья понимали, что к ним явилась дочь не Виктора Моисеева, меня тактично выпроваживали из приемной, боясь связываться с не теми Моисеевыми.

Звонок в дверь выдернул из раздумий, и я практически бросилась в коридор, желая смотаться отсюда, как можно скорее.

– Девочка моя…

– Черт! Сколько можно? Ты преследуешь меня? – взвизгнула я, увидев на пороге Леонида. – Какого черта тебе опять надо?

– Зачем задавать глупые вопросы? Мне нужна ты.

– Проблема в том, что ты мне не нужен!

– А чего так? Прошла любовь? – Леня оттолкнулся ногой от дверного косяка и ловко втиснулся в квартиру, плотно закрывая за собой дверь.

– Её и не было.

– Как же, девочка? Как это не было? Мы были счастливы почти два года!

– Это ты был счастлив, впрочем, спорить с тобой я не намерена. Уматывай домой, как можно скорее, потому что больше тебе тут ничего не обломится.

Леня, не скрывая брезгливости, осмотрел мои потертые джинсы, угги, скромный пуховик и небольшую сумку, куда влезли все вещи.

– Ты можешь жить как раньше! Как принцесса.

Я решу все твои проблемы, тебе не нужно будет обивать порог бывших друзей отца, в надежде получить место секретарши, которую ненароком будут лапать под столом жирдяи-миллионеры.

– Это ты? Ты нашептал всем, да? А я-то грешным делом подумала на дядю Витю!

– О! Прости, пожалуйста, – рассмеялся Леня, обнажая ровный забор виниров. – Так что теперь? Ты помчишься искать защиты у дядюшки?

– А это уже не твоя проблема!

– Естественно, не моя! Только запомни, тебя ни одна живая и богатая душа этого города не возьмет на работу, ты будешь разносить дешевые разбавленные коктейли в каком-нибудь пригородном кабаке, а еще через пару недель станешь умолять забрать тебя из этого ада!

– Никогда!

– Будешь… Будешь…

Скрежет в замочной скважине заставил бывшего одернуть руку и вновь надеть свою излюбленную маску добродетели.

– Здравствуйте, – хозяйка сначала нахмурилась, а потом, встретившись взглядом с ослепительной улыбкой этого лицемерного подонка, растаяла, засверкав румянцем на щеках.

– Здрасьте, – буркнула я. – Осматривайте свою квартиру, и расстанемся. Вы принесли деньги?

– Что же ты так торопишься, деточка, – защебетала женщина, осматривая дорогой прикид Лени.

В ее глаза заплясали огоньки, разжигаемые стоимостью именных вещей, а легкий отблеск золотых часов заставил и вовсе заулыбаться, как умалишенную. – Может, чаю?

– Нет, спасибо. Давайте ускоримся? У меня дела.

Леня закатил глаза к потолку, выражая полное равнодушие к моему вранью:

– Ты съезжаешь?

– Слепенький стал под старость? – Я тряхнула сумкой перед его носом и развернулась к хозяйке. – Все цело, верните мне остаток денег, и я пойду.