Тайна

"

"В несколько шагов они, не переводя дыхания, поднялись по лестнице. Что прикажете думать, если никого не окажется дома? Если Карин не смогла найти дорогу домой и бродила вокруг с новорожденной малышкой? Может быть, даже отложила ее в сторонку, а потом о ней забыла?

Подбежав к двери, они услышали, как кто-то напевает колыбельную. Тонкий, как паутина, голосок Карин трогательно выводил мелодию.

Они постучались и вошли.

— Т-ш-ш! — произнесла Карин, поднеся палец к губам. — Она заснула.

Посредине большой, роскошной постели лежала малышка, завернутая во всевозможные рюши и кружева. Элизабет их тотчас узнала — они служили покрывалом Карин. Сама огорошенная дама сидела на краю кровати, держа руки над головой ребенка, как бы оберегая его. Она завязала крошечный пучок волос, состоявший, быть может, из семи-восьми волосков, шелковым бантиком.

— Она думает, что это кукла, — удрученно проворчал Вемунд.

— Нет, — ответила Элизабет, лучше разбиравшаяся в женской психологии. — Нет, она так не думает!

Дама была в комнате не одна. Врач, доктор Хансен, тоже находился там. Он поднялся навстречу изумленным вошедшим.

— Я случайно повстречался с бегущей госпожой Карин и решил проводить ее домой, — подавленно произнес он. — Чтобы помочь ей справиться с ребенком.

— Спасибо, это было замечательно, — сказала сбитая с толку Элизабет. — Все в порядке?

— Да. Я могу найти кормилицу для ребенка. Я знаю одну, которая могла бы приходить и даже пожить здесь какое-то время, если вы не имеете ничего против.

— Но ребенок не может находиться здесь!— взорвался Вемунд.

Врач пристально посмотрел на него.

— Я бы поостерегся перевозить ребенка сейчас, — сказал он, делая ударение на каждом слоге.

— Но Элизабет ведь не сможет ухаживать за ними обеими, — прошептал Вемунд.

— Если мне поможет кормилица, тогда порядок, — быстро произнесла она. Она осознала, куда все это могло привести, если все будет хорошо. Вемунду представлялись только устрашающие перспективы.

Карин прошептала со своей постели:

— Доктор Хансен, Вы не встречались прежде с этими двумя? Мой друг и помощник господин Вемунд и ухаживающая за мной дама Элизабет.

Доктор кивнул головой.

— Неужели я опять стала дамой по уходу, — сухо сказала Элизабет. — А разве меня не понизили в должности до горничной?

— Горничной? — подняв от удивления брови, произнесла слишком громко Карин. И сказала опять тихо. — Ты же никогда не была моей горничной, что за вздор ты несешь?

«Она играет или действительно имеет это в виду?» — спрашивали друг друга взгляды Вемунд и Элизабет. Но негодование Карин казалось совершенно искренно.

«Боже мой, как легко она забывает, — озабоченно подумала Элизабет.