Сыщики 45-го

Офицеров Красной армии, осужденных за воинские преступления, косили пачками, но они, как черти, рвались через колючку, взрывались на минных полях, облепивших высоту. Артподготовка немцев не впечатляла, они успешно зарывались в землю. Весь восточный склон холма устилали тела штрафников. Высоту в итоге взяли, но из батальона уцелели только несколько человек. Вникать в подробности не было возможности – часть уходила вперед, гоня на запад слабеющих оккупантов. Что случилось впоследствии с Головашем? Об этом Алексей не знал. Видимо, выбыл из штрафбата по ранению, но вновь загремел, видимо, не столь серьезно, раз уже гуляет без конвоя…

Мир тесен до невозможности.

Капитан вышел из оцепенения, заспешил в обратную сторону и через пару минут уже подходил к своему дому.

Из подъезда выходили трое – разлюбезный Яков Моисеевич Чаплин с супругой Фимой и опекаемая ими племянница. Одеты все трое небогато – заношенные пальто, стоптанная обувь. Чаплин щурился на солнечном свете, моргал влажными глазами. Он сегодня еще не причесывался. Супруга Фима была миловидна, но выглядела странно. Черкасов невольно задумался: она беременна или плотно пообедала? Очевидно, ни то, ни другое – такая конституция. Она держала за руку девочку – та казалась несчастной: ежилась, смотрела жалобными глазами.

– Добрый день, Яков Моисеевич, – раскланялся Алексей. – На прогулку всем честным семейством?

– Ой, а вы… – Чаплин вытянул шею, заморгал, и в эту минуту стал копией своего знаменитого американского однофамильца – не хватало только тросточки и котелка.

– Ваш сосед, Черкасов."

"– Ах, конечно, я же толком не видел вашего лица, Алексей Макарович. А вот по голосу узнаю… – Он, кажется, немного испугался. – А это моя супруга, Фима Марковна… Фимочка, поздоровайся с нашим новым соседом…

Фимочка поздоровалась, но как-то скомканно, посмотрела настороженно, с недоверием. Девочка продолжала делать жалобное лицо.

– Не работаете, Яков Моисеевич?

– Нет, что вы, конечно, работаю, – он реально испугался. – Отпросился с работы на пару часов – Фимочка позвонила. Розочку надо сводить в больницу – девочку одноклассники привели из школы, ей плохо стало на уроке, с желудком неприятность, палочку кишечную проглотила, хи-хи… – Он побледнел от своей глупой шутки. – Мы обернемся за пару часов, не волнуйтесь, Алексей Макарович…

– Что вы, Яков Моисеевич, не надо спешить, пусть девочку досконально обследуют. Сейчас разгуливают такие нехорошие инфекции…

Они поспешили пройти мимо. Фима глухо отчитывала своего благоверного – ее не устроила его манера общения с капитаном милиции. Девочка спотыкалась, тормозила процессию – женщина рассердилась, легонько шлепнула ее по попе.