Тайна черного призрака

 — Просто с моим пауком еще можно было бы что-нибудь потом придумать.

— С нас лично хватит, — хором отозвались несколько человек. — Хорошенького понемножку.

— Ты лучше подумай, что будешь директору говорить, — посоветовала Таня.

— А чего я ему говорить должен? — вылупился на нее Лешка.

— Вот это давайте серьезно обсудим, — взял дело Олег в свои руки. — Никто из учителей паука не видал.

— Кроме химички, — уточнил Лешка.

— Она не в счет, — принялся протирать очки носовым платком Олег.

— Она вообще у нас нервная, — вздохнул Тема."

"— Именно, — согласился Олег.

 — Поэтому предлагаю всем стоять на одном: Алевтина просто чего-то испугалась, опрокинула реактивы, и начался пожар.

— Ну а если уж выплывет про паука, тогда в крайнем случае я вину на себя возьму, — произнес с героическим видом Лешка Пашков.

Потом был еще один урок математики, после которого в класс пришел Михаил Петрович.

— Думаю, мы лучше с вами тут побеседуем, — объяснил он.

Ребята визит директора сочли обнадеживающим. За серьезные проступки Михаил Петрович обычно отчитывал у себя в кабинете.

— Сперва хочу вам сказать: Алевтина Борисовна дома.

С ней все в порядке. Только на бюллетене побудет несколько дней. Ее на вашем уроке что-то испугало. Я и сам не могу понять, что. Алевтина Борисовна мне говорила, будто увидела в воздухе какое-то страшное насекомое. Но это, конечно, фантазии.

Директор умолк, потупился. Затем с минуту внимательно смотрел на окно.

— У Алевтины Борисовны очень большая нагрузка, — наконец снова заговорил он. — Ну, и она устает. Из вас случайно никто не видел, чего она испугалась?

— Не-а! — охотно вскочил с места Лешка Пашков.

 — Мы сами все удивились. Алевтина Борисовна проводила опыты. Вдруг как шарахнется. Реактивы и загорелись. Ну, я за огнетушитель.

— Вот об этом и надо поговорить, — осуждающе посмотрел на него директор. — Пример Пашкова в данном случае поучителен. Мне хотелось бы, чтобы он для всех вас послужил хорошим наглядным уроком.

Пашков побледнел от страха. Только что всем казалось, что опасность позади. И вот выходит, директор все-таки вычислил Лешку.

— Так-так, Пашков, — подтверждая самые худшие опасения класса, нахмурился вдруг директор.

 — Нехорошо. Ты создал опасную ситуацию, которая угрожала всей школе.

Лешка еще сильней побледнел.

— Но я же не… — принялся лепетать он.

— Подожди, — перебил директор. — Я тоже думаю, ты не нарочно. Вполне допускаю, что, может быть, даже из самых благих побуждений.

Пашков сжался. Втянул голову в плечи. Теперь ему было ясно: больше надеяться не на что.

— Из самых благих побуждений, — повторил Михаил Петрович, — но чтобы ты на всю жизнь запомнил, Пашков! — крикнул вдруг он.