Тайная беременность. Девочка Громова
— Вы кого мне притащили?Я сказал им привезти девчонку, за которой должен присматривать после смерти родителей, а не ту, что расцарапала мне тачку, возбудила меня одним только видом и еле ушла живая.Чёрт. Я хотел её забыть. Хотя прорывался найти. Получить своё.Смотрю в медового цвета беснующие глаза и начинаю раздражаться. Только не говорите мне, что эта девчонка — Державина. Дочь друга, за которой должен присматривать после его смерти. — Отпусти меня, — цедит сквозь зубы. — Если ты тот опекун... Мне уже девятнадцать, и ничья помощь мне не нужна! — Следи за языком, соплячка, — пальцами касаюсь подбородка. Чёрт, как она похожа на свою мать… — Иначе мне придётся найти ему более правильное занятие, чем твой галдёж. Распахивает глаза. Прекрасно помнит, что вчера было. И самое, твою мать, поганое в этой ситуации - я хочу повторить.
А так как у меня её и вовсе не было, то хотя бы сделать так, чтобы курицы за соседним столом не морщились, глядя на нас.
Говорю громко, чтобы слышно было.
– В-третьих, пожалей ребёнка, дядь. У него столько стресса в жизни.
Невинно хлопаю глазами. И отчётливо читаю на лице мужчины: «Да щас».
– У тебя, кстати, выбора нет, ага. Все равно не заставишь. У меня есть право выбора, а ещё свобода…
Я останавливаюсь, когда замечаю выражение его лица. Ой, надо бы замолкнуть, пожалуй.
– Не заставлю? – опасно переспрашивает. Откладываю вилку, хватаю салфетку, вытирая губы. Ой-ой, тон у него недружелюбный. Бежать скоро придётся? – Ты не прихерела, соплячка?
Эх, кажется, в этот раз мне не повезло. Опять.
Но… Уверена, что навстречу он мне пойдёт. Наверное.
Глава 30
Как и ожидалось, Громов всё же согласился. Я смогла выбить себе целых пять дней, но мне потребовалось лишь три. И теперь я деградирую в квартире, не зная, что делать. С учёбой проблему я решила, со стрессом справилась. Как и со своей маленькой местью Соловьёву.
Надо же себя наградить теперь как-то?
Хочу пойти погулять с друзьями, но злой опекун вряд ли разрешит. Один раз он уже сказал своё жёсткое «нет». А так как я девочка хорошая, идти против него не стала.
Но теперь…
Я же тоже человек, а?
Выхожу из своей комнаты, решительно собираясь поговорить с Громовым. Я пойду гулять. Точка.
Захожу в его спальню и, не обнаружив его там, даже заглядываю в кабинет. Нет нигде!
Спускаясь вниз по лестнице, осматриваюсь по сторонам.
Нахожу его в коридоре. Обувается, хватая с собой рюкзак. Ого, я впервые его вижу с рюкзаком через плечо. Да и в футболке этой, джинсах. Стиль у него свободный, уличный, хм…
– Ты куда? – повиснув на перилах, привлекаю к себе внимание опекуна.
– Фигнёй не майся, встань нормально, – опять ругается, глядя на меня. – Навернёшься, а мне опять потом с тобой бегай как с ребёнком.
Закатив глаза, продолжаю висеть на железке.
– Так ты куда?
Уголки его губ летят вверх.
– У меня встреча.
Вновь осматриваю его изучающим взглядом. На деловую встречу в таком наряде не ходят. Может… На свидание? В неформальной обстановке. Хм…
– Не забудь купить цветы. Вы вечно, мужики, забываете про них.
Его брови сходятся на переносице. Поправляет рюкзак. И, подходя к двери, бросает:
– Я к друзьям в бассейн, дурная.
Чего-чего?
Я быстро выпрямляюсь, сбегаю по лестнице вниз.
– То есть ты идёшь на тусовку и не берёшь меня с собой?
Скрещиваю руки на груди и сверлю взглядом. Подумай лучше, Громов!
– Ага, – как ни в чём не бывало отвечает. – Ты под домашним арестом после одной выходки. Помнишь же наш уговор, да?
Ну, да…
Эмин дал мне пять дней только с одним условием. Я сижу дома.
– Но я же исправилась, – напоминаю ему.
Я ведь обелила свою репутацию! Меня даже, бедняжку, теперь жалеют.

















