Тайная беременность. Девочка Громова
— Вы кого мне притащили?Я сказал им привезти девчонку, за которой должен присматривать после смерти родителей, а не ту, что расцарапала мне тачку, возбудила меня одним только видом и еле ушла живая.Чёрт. Я хотел её забыть. Хотя прорывался найти. Получить своё.Смотрю в медового цвета беснующие глаза и начинаю раздражаться. Только не говорите мне, что эта девчонка — Державина. Дочь друга, за которой должен присматривать после его смерти. — Отпусти меня, — цедит сквозь зубы. — Если ты тот опекун... Мне уже девятнадцать, и ничья помощь мне не нужна! — Следи за языком, соплячка, — пальцами касаюсь подбородка. Чёрт, как она похожа на свою мать… — Иначе мне придётся найти ему более правильное занятие, чем твой галдёж. Распахивает глаза. Прекрасно помнит, что вчера было. И самое, твою мать, поганое в этой ситуации - я хочу повторить.
Слегка массирую, слыша тихий, но отчётливый стон, который она прячет в мягком матрасе.
Сучка…
Гуляю свободной ладонью по её телу.
И с каждым толчком становится легче.
Она принимает. Стонет. Выгибается сильнее. Оттопыривает попку, которую дико хочу укусить. Как животное – кусок мяса.
И это раззадоривает. До такой степени, что я уже не сдерживаю себя, вколачиваясь в миниатюрное тельце. Завтра я буду жалеть об этом. Наверное. Я скот ещё тот. И мне плевать, что я трахаю дочь друзей, которым обещал присмотреть за ней.
Присмотрел.
Стал её первым.
Попала в руки мне, а не непонятно кому.
И стонет сейчас она от меня.
– Ты… Подонок… – шепчет прерывисто. – Чтоб ты сдох.
Мне ещё никогда не желали такого во время секса.
Вызывает улыбку.
Как и её потуги выбраться. Скоро подойдёт к кульминации. И теперь пытается отстраниться. И тянет свою ладонь к моей на её клиторе. Чтобы самой сделать себе приятно. Но я ловлю её, грубо откидываю.
И останавливаюсь сам, не давая ей желанной разрядки.
Мычит там что-то. Встаёт.
– Чтоб тебе стыдно было, – выпаливает опять. – И мучился ты до конца своих дней.
– За что стыдно, куколка? – усмехаясь, выхожу из неё, снова рассматривая кровь на налитой головке. Переворачиваю девчонку на спину. Не сопротивляется. Как кукла тряпичная. Но отчётливо тянется руками к себе между ног.
– Девочек хороших развращаешь, – выдаёт своими розовыми искусанными губами. Я обязательно увижу их на своём члене. Завтра. Я же сказал ей не выходить из комнаты. И предупредил, чем это закончится.
Я собирался сделать это сегодня. Но увидев её – сорвался.
Вот и сейчас. Вновь обхватываю её бёдра и вхожу, вколачиваясь как одичалый.
Драная кошка даже закрывает рот рукой.
Но мне уже плевать. Всё горит внутри. В груди, на душе, в паху.
Член дубовый. А яйца ноют от того, что хотят опустеть.
Блять, я мечтал об этом столько времени…
Замираю под громкий крик и шиплю, когда стенки её лона обхватывают мой член, а я кончаю прямо в неё, позабыв о презиках.
Твою мать… Дебил…
Голову потерял.
Придурошный.
Ты ведь не хочешь детей. И всегда следил за этим.
Они – главная ошибка в этой жизни.
Я собирал его долго, по частям.
И не для того, чтобы вырвать его снова и покромсать на куски."
"Об этом я позабочусь завтра. А сегодня… Пока не высушу её до конца – не утихну.
Мне мало. Хочу ещё.
Девчонка знатно меня накалила.
Присматриваюсь к её закрытым глазам. К чуть приоткрытым губам. Прислушиваюсь к дыханию, которое с каждой секундой становится ровнее.

















