Тайны сердца

Все меняются Я не могу точно сказать, когда это произошло, но уже довольно давно.

— Вы участвовали в битве при Ватерлоо?

Он перестал гладить Оливера. Пес заскулил, и Джулиан погладил его живот.

— Да, — коротко кивнул он, — откуда вы знаете?

— Ваша матушка рассказала, что сам герцог Веллингтон вынес вам благодарность.

— Вы были тогда очень юны.

— Да — Софи знала двух мужчин в деревне, которые также сражались с Веллингтоном под Ватерлоо, и они тоже не хотели об этом разговаривать. — Как и вы. Вы были еще мальчиком. А потом вы занялись морской торговлей?

— Да Мир тесен — я встретил в Генуе Томаса Малькомби, графа Ланкастерского, который добился немалых успехов в торговле.

Он заметил мой энтузиазм и предложил мне присоединиться — чтобы оценить, насколько я могу быть полезен, полагаю. Потом он помог мне пуститься в собственное плавание. Томас Малькомби — замечательный человек. Часть года он живет в Англии, в Гленкоузон-Роуэн; часть — в Ирландии; и по крайней мере три месяца — в Италии. Он всегда берет с собой жену и четверых сыновей. У них дружная семья.

— И почему же вы заговорили о тесноте мира?

— Жена Малькомби — Мэгги Шербрук.

Джеймс Шербрук — ее двоюродный брат, а граф Нортклифф — ее дядя. Вы знаете, что в Пендрагоне — их поместье в Ирландии — разводят первоклассных гончих ирландских котов?

— Гончих котов? — озадаченно повторила Софи. — Как можно устроить гонки котов? Я не могу себе такого представить. Вы шутите надо мной."

"— Нет. Однажды я даже посетил кошачьи гонки на беговой дорожке Макколти около Истборна. Восемь беговых котов из двенадцати даже пересекли финишную черту. Было множество ставок, воплей и, представьте себе, драк.

Жестокий спорт, эти кошачьи гонки. Томас однажды рассказал мне о первой кошачьей гонке в Ирландии, когда его собака не утерпела и решила пробежаться с котами. Можете себе представить, какое началось светопреставление. Если вы когда-нибудь встретитесь с Малькомби, Мэгги вам все расскажет.

Софи изучала мягкое ухо Беатрис.

— Вы столько всего сделали в жизни, Джулиан. Нет, нет, не надо прикрываться своей «древностью», говорить, что у вас просто было множество лет на все. Нет, вы начали еще мальчиком — Ватерлоо, Боже мой, — в то время как я… — Она замолчала и вздохнула.

 — Я просто ною, так ведь? Я прекрасно провела свои двадцать лет. Я никогда ни в чем не нуждалась и не встречалась с плохими людьми — конечно, был мистер Джек, который задушил жену, но он в тот момент был пьян до беспамятства. Мой отец отнюдь не ангел, но он не идет ни в какое сравнение с Ричардом Лэнгуортом. Давайте вернемся к теме нашего разговора. Все обитатели Хардкросс-Мэнора очень меня беспокоят.