Тайны сердца

Она сказала мне, что отпускает меня, что мне пора повзрослеть, расправить крылья и стать самой собой. Я не могла поверить, что она это говорит. Она чуть ли не пела эти слова и была так счастлива. Она сказала, что мне пора ехать в Лондон на сезон, как она сделала раньше. Там я найду достойного джентльмена, выйду замуж и рожу собственных детей. Она сказала, что мне больше не нужна мать — а именно Лили — поскольку мать умерла, Лили выступала в ее роли, но теперь я выросла и должна стать самой собой. Она будет теперь моей сестрой, а я скоро стану тетушкой. Я знала, что не хочу этого, знала, что хочу только быть с ней, с ней всегда, но она уже приняла решение.

Я согласилась и ушла. Я взяла один из твоих пистолетов, папа, нашла ее, все еще в саду, напевавшей под нос и даже более счастливой теперь, когда она исполнила свой долг передо мной и освободила меня. Я помню ее лицо — какой радостной она выглядела. Я сказала, что мы должны быть вместе, что я не позволю ребенку в ней расти, и выйти из нее, и заставить ее покинуть меня. Она попыталась схватить пистолет, но пистолет выстрелил. — Вики уставилась на свою руку.  — Она посмотрела на меня за мгновение до смерти, улыбнулась и сказала, что все будет хорошо. А потом умерла.

Джулиан почувствовал, как прошлое вернулось и сокрушило его. Лили была беременна, и Вики убила ее, убила его ребенка. Он почувствовал такую боль, что ему захотелось закричать. Эта проклятая девчонка виновата во всем, во всех смертях и несчастьях. Он хотел бы убить ее, как она убила Лили, как она убила его ребенка…

Он не знал раньше, какую роль в жизни Вики играла Лили. Но теперь… теперь слишком поздно. Что ему делать? Обвинить Вики в убийстве и увидеть, как ее повесят?

Никакой справедливости, подумал он, ни для Лили, ни для него, ни для Ричарда, ни для отца Вики.

Джулиану хотелось только одного — заснуть и спать, пока не пройдет боль в сердце.

Все молчали, только Вики продолжала сквозь всхлипы:

— Я хотела тоже умереть, но в вашем пистолете была только одна пуля, папа, только одна пуля.

Отец Лили прижал ее к себе. Брат Лили стоял — один — посреди гостиной.

Джулиан посмотрел на барона, на Ричарда, на Вики, прижавшуюся к груди отца. Правда останется в этой комнате. Джулиан также знал: все, что сделал Ричард, что сделал его отец, тоже останется здесь.

«Столько страданий, — подумал он. — И все напрасно…» И он снова подумал о ребенке. Ему хотелось рыдать.

Глава 73

Рейвенскар

Четыре недели спустя

Коринна сидела на первой скамье в красивой, нормандской постройки церкви, находившейся под защитой Брабантов. Большинство жителей окрестных деревень уместилось в ней. Те, кому не хватило места на скамьях, стояли у стен. Некоторые даже остались в дверях и следили за церемонией оттуда.