Я одержим тобой

— Тебе полегче? — поддержав ее, заботливо поинтересовался Илья Никитич.

— Намного лучше, — слабо улыбнулась Елизавета Родионовна. — Я ведь не тяжело больна, не беспокойся.

— Думаешь, ты все еще молодая? — взглянул на нее мужчина. — Мы все постарели.

— Я пока считаю себя вполне молодой, — уныло ответила Елизавета Родионовна. — Я тебя будто вчера встретила.

Когда они пришли в кабинет, Илья Никитич помог жене сесть на стул, после чего посмотрел на Екатерину Алексеевну.

— Говори, что хочешь.

— Погоди, сначала расскажите мне о близнецах, — перебила их Елизавета Родионовна.

Илья Никитич изложил ей все обстоятельства.

— Что? — задрожала женщина всем телом от волнения: у Димы есть дети?

— Ты еще болеешь, поэтому сильно не переживай, — успокоил ее Илья Никитич.

Но она не могла успокоиться после слов о том, что у Дмитрия были дети.

— Что все-таки случилось? — Елизавета Родионовна крепко схватила мужа за руку, неосознанно впиваясь ногтями в его кожу.

— Я думаю, что Светлана злилась на Дмитрия Ильича, когда родила, поэтому и не захотела рассказывать ему о детях.

Просто мне кажется, что мы можем поступить как на телевидении — сделать тест ДНК на отцовство, и тогда Светлана ничего уже не сможет отрицать. — изложила суть проблемы Екатерина Алексеевна.

Илья Никитич глубоко призадумался, осмысляя слова последней.

— Где дети? — не могла усидеть на месте Елизавета Родионовна. — Я хочу посмотреть на них.

— Не торопись, — сдавил ее плечо Илья Никитич.

— Как же мне не торопиться? У него вдруг появились дети, как я могу не волноваться? — Елизавета Родионовна к тому моменту позабыла, что пребывала в статусе мачехи.

Странная мачеха, не так ли?

Илья Никитич вспомнил, как много горечи скрывала Лиза в своем сердце, и попросил Екатерину Алексеевну привести мальчика.

Спускаясь по лестнице позади гостиной, она не заметила детей, только слышала, как обсуждают каких-то близнецов. Вскоре Екатерина Алексеевна принесла Пашу.

Елизавета Родионовна поднялась со стула. Ее немного пошатывало, но она, ни на мгновение не моргая, смотрела на мальчика на руках Екатерины Алексеевны: у него высокий, прямой, миниатюрный нос, широкий лоб, большие блестящие глаза.

Он выглядел совсем как Дмитрий в детстве.

Дрожа, она подошла к Екатерине Алексеевне и положила свои трясущиеся руки на щеки Паши. Ей хотелось что-то сказать, но женщину мучила такая сильная боль, словно кто-то разрубил все ее внутренние органы.

— Как тебя зовут? — осипшим голосом поинтересовалась женщина.

— Павел Лукъянов.

— Лукъянов? — Елизавета Родионовна повернула голову в сторону мужа.