Тайные поручения (СИ)

— И что, работает? — спросил я.

Вместо ответа Лихо подошла ко мне вплотную. Наш мозг устроен, конечно, невероятно странно. Я видел Юнию раньше, до того, как заточил в Трубку. Но после длительного общения у меня создался свой образ нечисти. Удивительно контрастирующий с тем, что я сейчас лицезрел. Там она была… симпатичнее, что ли? Невольно начнешь понимать, как устроен секс по телефону. Потому что иногда лучше лишний раз не видеть собеседника.

Лихо коснулась морщинистой рукой и на меня накатила такая тоска, впору в петлю лезть. Казалось, что жизнь сузилась до размеров игольного ушка, в котором и сидел мальчик Мотя.

И ничего хорошего в будущем уже не предвидится. Что и говорить, нечисть была невероятно сильна.

Мучила меня Юния недолго. Примерно через пять секунд она отпрянула, схватившись за сердце. И ответила беззубым ртом.

— Работает, сс… Мне больно.

И можно сказать, что нам повезло. Мы едва успели провернуть весь этот фокус с заклинанием и апробировать его. Потому что на горизонте взметнулся столб пыли, а вскоре возле меня замер взмыленный крон. Ничего себе, не думал, что боги умеют потеть.

К груди он прижимал полуживых людей, которых держал, как картошку, рассыпавшуюся из порванного пакета.

Я лишь зацепился взглядом за знакомое, пусть и изможденное, будто после долгого плена лицо. Анфалар, дорогой ты мой человек, живой. Выглядел он только хреновенько — краше в гроб кладут.

Тогда как крон не сводил глаз с Лихо. Я чувствовал, как подобралась Юния. Сжалась, подобно заводной пружине. И сгорбилась еще больше, словно пытаясь стать меньше.

Созидатель распахнул руки и фекойцы посыпались на землю, как переспелые груши. А сам он шагнул навстречу нечисти.

Несчастная была так напугана, что ей оставалось лишь трястись на месте.

— Юния! Моя нежная Юния! Сколько лет прошло…

Он протянул руку и Лихо, несмотря на жуткий тремор, ответила ему. Юния выставила перед собой ладонь и огромный палец уперся в нее. А следом Лихо выгнулась дугой, точно через нее пропустили высоковольтный ток.

Затем заскрипел зубами и я, чувствуя, как по нутру расползается обжигающий холод, захватывая каждую клеточку тела. Я за свою жизнь испытал много всякой боли: мышечную, суставную, зубную. Порой она сверлила насквозь, как мощный перфоратор.

В другой раз разгоралась, как жаркий костер и так же стремительно потухала. Иногда она долго тлела, как догорающий кусок торфа.

Но подобного тому, что происходило сейчас, я не ощущал никогда. Казалось, что нечто чужеродное, злое, враждебное, пытающееся уничтожить меня, медленно расползалось по всему телу. И от этого нечто невозможно было избавиться. Я забыл, как дышать, и, что самое главное, зачем. Хотелось только одного — чтобы это прекратилось.

Тогда как крон, казалось, был на седьмом небе.