Тайсон. Победить или влюбиться

В зале только музыка. Голосов неслышно. Все ждут, чем закончится это проклятое шоу.

У меня даже сердце перестало биться, и дышать я не могу. Нечем. Воздух пропитан потом, кровью, алкоголем и адреналином. Его ложками жрать можно.

Бойцы сверлят друг друга очень жуткими взглядами. Даже темная челка, которая «нравится девочкам», выглядит как элемент боя.

Юрий Германович склоняется к моему уху и нервно, но четко дает инструкцию. Киваю, что все поняла. В эту же секунду Тайсон срывается с места. Его противник не ожидал такой прыти от почти поверженного парня. Он уже думал, что победил. Салахов бьет по таким местам, куда бы никогда не ударил на ринге. Я не успеваю следить за тем, как они перемещаются. Вижу то одну спину, блестящую от пота, то другую. И Тай забирает лидерство в этом раунде. Он устал. Тяжело дышит. Уходит от встречной атаки. Мы встречаемся взглядами на доли секунды. По моим щекам все еще текут слезы. Я не могу их остановить. И Тай, позволяя сильному противнику обхватить себя руками, делает молниеносную подсечку.

— Да! — подпрыгивает на месте Терехов. — Дожимай!

Тайсон седлает крупного мужчину и хватает его за голову, неестественно ее скручивая. Я такое видела в фильмах. Так обычно ломают шею.

— Тормози! Нет, Салахов! Тормози! — рычит на него тренер.

Тай держит и не отпускает. Мужик под ним не дергается. Очень хочется жить.

Значит, как ломать моего кота, так можно, а как самого приложили, так страшно стало?! Пока я мотаю головой, пытаясь показать Таю, чтобы действительно отпустил. Терехов орет на судью.

— Объявляй! Он грохнет его сейчас. Пацану двадцать лет. Зачем ему это клеймо? Победил же. Ты ведь видишь!

— Бой окончен! — разносится по залу. — Победил наш новичок.

Мы дальше не слушаем. Салахов отпускает своего соперника и даже позволяет судье поднять его руку вверх. Зал отмирает и наполняется ликующими выкриками. Моему мальчику все равно. Он спускается ко мне и обнимает. Потный такой. Не могу. Потряхивает его. Это выходит адреналин. Меня саму трясет. И Терехова вместе с нами.

— Я тебя сам ёбну, Тайсон! — злится тренер. — Ты у меня в зале жить будешь, пока вся дурь из башки не выветрится!

А я реву под это ворчание Юрия Германовича. Оно такое заботливое и нервное. Он обнимает нас обоих и уводит в раздевалку.

— Потом разбирать будем, — помогает Таю снять перчатки и тейпы."

"— Юль, — хрипло зовет Салахов. — Не хочу, чтобы ты еще из-за меня плакала. Прости.

К нам пытается войти организатор всего этого зверства. Его грубо за шкирку обратно в коридор выкидывает подтянувшийся к нам Тимур. Кидает на скамейку бумажный конверт.

— Сколько хоть платят за этот трешак?

— Нам с Юлькой на новый диван хватит, — подмигивает мне Салахов. — И Юрию Германовичу на новые диски для тачки останется.