Спаси меня

– Ты пытаешься как одержимая все вокруг себя контролировать, исправлять каждую ошибку, которую находишь в других – но жизнь так не работает, Руби. Все это не имеет отношения ни к моим друзьям, ни к моей семье. Это все я. – Он положил ладонь на грудь. – Ужасный, извращенный и лживый. Тебе уже пора начать дружить с головой.

Ярость исчезла, и на ее место пришло отчаяние. Это в точности то же чувство, какое охватило меня на вечеринке, когда я представила, что должна с ним проститься. Только теперь это было гораздо сильнее и причиняло куда больше боли. Потому что его прощание со мной, кажется, окончательное.

Я предпринимаю последнюю попытку, поднимаю руку и кладу ладонь на мягкую щеку. Нежно поглаживаю кожу большим пальцем.

– Ты ни ужасный, ни извращенный, ни лживый.

Он издал горький смех и помотал головой.

– Я не хочу тебя терять, – прошептала я, собрав все оставшееся мужество, какое смогла в себе найти.

Джеймс прижал мою руку к щеке. Он закрыл глаза, и казалось, будто этот момент вызывает у него телесные муки. Его палец нежно поглаживал тыльную сторону моей ладони, и по мне побежали мурашки.

– Нельзя потерять то, что тебе вообще не принадлежит, Руби Белл.

Он оторвал мою ладонь от лица. Грустно посмотрел на меня. У него такой же взгляд, как два месяца назад – холодный и дистанцированный. Я сразу почувствовала себя опустошенной. По мне растекся ледяной холод, когда я поняла смысл его слов.

– Бофорт! – крикнул Рэн на всю спортплощадку. – Ты пропускаешь первую тренировку за несколько недель. Давай сюда, слышь!

Он хотел повернуться, я видела это по тому, как напряглось его тело. Как будто он связан с друзьями невидимым проводом.

– Ну, мы закончили? Ребята ждут, – сказал он без эмоций, указывая большим пальцем через плечо.

Еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой униженной. Адреналин гудел в моем теле, и закипали боль, отчаяние и ярость. Мне пришлось сжать ладони в кулаки, чтобы не толкнуть его в грудь. Сделать это хотелось больше всего, но он был так холоден и отстранен, что я не стала доставлять ему удовольствия лишиться самообладания.

– Да. Мы закончили, – ответила я с достоинством.

Но Джеймса мое достоинство не интересовало. Он отвернулся еще до того, как я завершила фразу, и побежал назад к друзьям. С каждым его шагом моя гордость исчезала все больше, и под конец у меня едва хватало сил, чтобы устоять на ногах.

24

Руби

Зеленый – Важное!

Бирюзовый – Школа.

Розовый – Организационный комитет Макстон-холла.

Фиолетовый – Семья.

Оранжевый – Питание и спорт.

Если разделить мой день на цвета, то картина будет выглядеть так:

Фиолетовый – Выплакаться с Эмбер.

Фиолетовый – Прореветься с мамой.

Фиолетовый – Не попадаться папе на глаза, чтобы он не задавал слишком много вопросов.