Таргитай-2. Освобождение

Кони бросились в сторону Таргитая, издавая хриплые, рычащие звуки, словно собираясь атаковать в спину. Стефей схватил концы обеих цепей, намотал на руки, крепко сжал, не давая животным уйти. Они рванули прочь, Стефея бросило на землю, поволокло вслед за ними. Увидев торчащий из земли обломок каменного столба, воин быстро обмотал цепи вокруг него.

Кони резко остановились – цепи натянулись, дернули их назад, не давая скакать дальше. Животные повернулись, глядя на Стефея налитыми кровью глазами. Громко фыркая, приблизились.

Измотанный Стефей не успел увернуться от удара копытом в лоб. Перед глазами вспыхнул фонтан огней, быстро наступающая ночь ярко осветилась, мир стал кружиться вокруг него. Затем ощутил сильный удар в спину. Хрустнул ломаемый позвоночник, и Стефея отрезвила страшная боль во всем теле.

Руки и ноги повисли как тряпки. В ужасе он осознал, что не может пошевелиться. Затем ощутил конское дыхание совсем рядом с лицом – зловонное, горячее. Последовала боль настолько сильная и резкая, что с трудом сдержал крик – зубы коня впились в плечо.

Второй конь укусил за ногу. Он крепко стиснул зубы, пережидая дикую боль и понимая, что если Таргитай не вернется немедленно, эти твари попросту сожрут его заживо. Он бросил затуманенный взгляд вперед – дудошник бьется со всадниками, рубит, сбрасывает с лошадей, его звероподобный конь с рыжей гривой топчет их огромными копытами насмерть.

Сквозь застилающую сознание боль Стефей ощутил, как по ноге и плечу стекает горячее и липкое… Словно озверев от запаха крови окончательно, кони бросились на него, вырывая зубами шмотки мяса, перегрызая жилы, кроша в труху и проглатывая кости.

Воин вдруг рассмеялся сквозь боль – такая смерть все же лучше, чем в постели, когда стар, с трудом передвигаешься с палкой, а сам ходить можешь только под себя! Хвала богам, что дали погибнуть с честью! Слава Мокоши! Слава Перуну!

Он с трудом всмотрелся перед собой, различив в сумраке едва заметно светящийся бледным светом женский силуэт.

Над Стефеем склонилось красивое призрачное лицо. С плеча свешивается черная коса. На лбу – обруч из звезд. Из бездонных глаз словно взирают древние ледники, тишина гор и абсолютная, черная пустота. Серп в ее руке показался Стефею бледным, только что народившимся месяцем. Слабо улыбнувшись, он прошептал: «Мара! Я готов…»

***С силой развалив до пояса последнего супостата, Таргитай опустил Меч. Устало вытер пот, повел замутненным взглядом вокруг.