Темный Лорд Устал. Книга I

— Я не самоубийца, чтобы пить из этого океана, мне нужны фильтры. Катализаторы, которые очистят и стабилизируют поток и я знаю, где их найти.

Я закрыл глаза, вспоминая древние трактаты по артефакторике. Мой отпуск официально переходил в новую, активную фазу. Фазу восстановления.

Я открыл глаза и, не вставая с кресла, произнес в тишину командного центра: — Себастьян.

Через две минуты дворецкий бесшумно вошел в шатер. Его лицо, как всегда, было непроницаемым, но я видел в его глазах вопрос. Он чувствовал, что назревает что-то новое, что-то, выходящее за рамки обычных поручений.

— Господин?

— Мне снова нужна твоя помощь, Себастьян, — я указал ему на стул напротив. — Но на этот раз задача будет… нетривиальной.

Он сел, приготовив свой электронный блокнот.

— Черпать энергию прямо из лей-линий, — произнес я, — все равно что пытаться пить из жерла вулкана. Энергия слишком хаотична, слишком «грязна». Неподготовленное тело она просто разорвет на части. Мне нужны катализаторы. Особые предметы, которые смогут отфильтровать и стабилизировать поток, превратив ревущий пожар в ровное пламя свечи.

Я взял стилус и начал набрасывать на планшете список.

Он приготовился. Вероятно, он ожидал услышать названия каких-нибудь легендарных артефактов или редчайших драгоценных камней. Вместо этого я начал диктовать.

— Первое. Треснувший кристалл маны. Именно треснувший, с нарушенной внутренней структурой. Второе. Кусок ржавого метеоритного железа, пролежавший в земле не менее ста лет. Третье. Окаменелое сердце древнего магического зверя, полностью лишенное энергии. И последнее… флакон с пылью из гробницы какого-нибудь давно забытого короля.

Я закончил и посмотрел на него. На лице Себастьяна отразилось глубочайшее недоумение. Он несколько раз перечитал список, словно пытаясь найти в нем скрытый смысл. Не нашел. Для любого в этом мире это был список бесполезного, никому не нужного мусора.

— Это… все, господин? — осторожно спросил он.

— Да. Найди все это. Деньги на счете. Действуй.

* * *Степан-Себастьян:

Следующие несколько часов Степан, которого новый господин упрямо называл Себастьяном, провел в самом странном походе по магазинам за всю свою сорокалетнюю карьеру дворецкого.

Степан был человеком старой закалки. Он пришел в этот дом еще мальчишкой, во времена, когда род Вороновых был одним из столпов аристократии, а имя «Воронов» произносили с уважением и трепетом. Он видел величие этого рода. Он помнил балы, которые гремели на весь город, помнил патриарха, деда нынешнего Калева, — сурового и властного человека, чье слово было законом. Степан служил не просто семье. Он служил Имени. Величию. Наследию.