Измена. Я тебя (не) люблю (СИ)

Но боюсь в ближайшее время, я не решусь встретиться с этим гадом…

Замечаю в зеркале настойчивое моргание фар. Это еще кто? И чего ему надо?"

"Начинаю немало нервничать, когда машина сзади принимается агрессивно сигналить мне. Что происходит?!

Боже, да я же не в своем ряду еду!

Хочу было перестроиться, но нетерпеливый гонщик виляет синхронно со мной и едва не ударяет мне в бочину.

Визжу от неожиданности и возвращаюсь обратно в левый ряд, пропуская настойчивого ездока.

Проезжая мимо водитель что-то орет мне и яростно жестикулирует. Однако в следующий момент мы оба вздрагиваем, потому что у него внезапно отваливается боковое зеркало.

Злобный водила глядит в зеркало заднего вида, бледнеет и дает по газам.

Не пойму, за ним погоня? В нас стреляют?!

Иначе как объяснить, что у него отвалилось зеркало?

Мне становится еще неспокойнее, чем до этого. Желая сейчас слиться с асфальтом, очень плавненько перестраиваюсь в правый ряд, озираясь по всем возможным зеркалам.

Вижу несколько одинаковых черных машин, занявших все полосы, и будто нарочно движущихся с единой скоростью.

Это еще что такое?

Может кортеж какой-то важной шишки? А я тут плетусь.

Или может это бандиты какие-то? Иначе как объяснить такую наглость, что они весь поток машин на трассе сдерживают. Представляю, в каком недоумении сейчас люди за этими обнаглевшими мордами.

Неосознанно притапливаю педальку газа, с опаской поглядывая по зеркалам.

Не отстают, гады.

Сказать, что мне страшно — ни сказать ничего. А у меня ведь даже телефона нет. Хотя кому звонить? Если только в полицию? И что скажу? Что меня до обморока пугают машины, следующие за мной.

Невольно думается, что я слишком привыкла полагаться на своего мужа. Я ведь всегда знала, что в любой момент, когда бы я не позвонила он примчится или отправит своих людей и спасет меня из любой передряги.

Помню, как я цепь на велосипеде порвала. Так расстроилась, что вместо того, чтобы просто докатить его до дома, позвонила в слезах Роме и выдернула его с какого-то важного совещания.

Он сам приехал. Закинул мой велик в этот же Гелик, потому что я не позволила его выкинуть из-за какой-то там порванной цепи. Меня успокоил, накормил мороженным, как маленькую, и повез покупать новый велосипед, как выразился «про запас».

Сейчас, когда вспоминаю об этом в груди так болит. Кажется я действительно была для него чем-то вроде обузы. Он никогда не относился ко мне всерьез, да? Только как к глупому ребенку. Неужели все из-за разницы в возрасте?

Однако он меня никогда и не обижал. От того еще больнее!

Был бы он плохим мужем, мне было бы проще его возненавидеть! Но он, мерзавец, никогда не был плохим. До сего дня.

Холодным? Да. Немногословным? Это про него. Но я всегда чувствовала его молчаливую заботу.