Измена. Я тебя (не) люблю (СИ)
Быстро скидываю с себя одежду и беру первые попавшиеся шмотки.— Вика? — слышу голос мужа. Непонимающе оборачиваюсь, потому что меня зовут Олеся: — Дурацкая шутка, Ром, — выдавливаю улыбку, глядя в заспанные глаза любимого.— Черт, Лесь… Ты почему здесь, еще и в таком виде? — хмурится он строго.— В смысле… п-переодеться зашла. Под дождь попала. А ты… — я осекаюсь, заметив, как из-под одеяла выныривает тонкая женская ручка и ложится на шею моему мужчине. Стою с открытым ртом, наблюдая, как некая рыжая бестия даже не открывая глаз притягивает голову моего мужа к себе и целует его в щеку. Так по-хозяйски. Будто право на это имеет… И он поддается даже…— Друг детства, значит? — ком вставший поперек горла мешает говорить.— Выросли вместе, говоришь…— Рот закрой, и выйди! — шипит мерзавец.— Дома поговорим.— Больше не о чем, Ром, — в груди так болит, что я начинаю задыхаться.— Не о чем говорить! А ведь я примчалась к нему на дачу, где он отдыхал с "другом", чтобы поскорее поделиться с ним радостной новостью…ХЭ
Однако Рома ловит меня за талию, не позволяя больше сдвинуться с места:
— А что это за хгч? Что-то серьезное? — изображая неподдельный интерес спрашивает он докторшу.
— Ну как же, — отвечает она, — это тест на бере…
— Мне не нужен никакой тест! — встреваю снова. — Роман Евгенич, я долго буду в одних трусах по городу шататься? — изображаю злость, просто молясь про себя, чтобы этот разговор поскорее закончился. — Отстегни меня, раз охота с симпатичными девушками трепаться, а я пойду куплю наконец себе одежду! — пытаюсь выбраться из его объятий, но Рома слегка встряхивает меня и прижимает к себе еще сильнее, так, что я уже и вздохнуть с трудом могу, не то, чтобы перебить кого-то.
— Вы сказали тест, — как ни в чем не бывало продолжает опасный разговор мой предатель. — Для чего он нужен?
— Послушайте, я только делюсь своими догадками. Но как показывает практика, обычно внезапная тошнота оказывается обычным токсикозом. Плюс перепады настроения, которые я заметила за менее чем десять минут нашего взаимодействия, — пожимает она плечами. — Все это говорит о том, что вам стоит в первую очередь подтвердить беременность.
— Или опровергнуть! — вставляю свое слово.
— Ну, или опровергнуть, — соглашается докторша, сующая свой острый нос не в свои дела. — Но и тогда я бы вам рекомендовала пройти обследование, на наличие других возбудителей.
Меня трясет от мысли, что Рома воспримет ее слова всерьез, не дай бог узнает о нашем малыше и тогда уже мне точно от него не спастись. Он не позволит мне уйти с его ребенком. Прикует к себе уже навсегда наручниками. Или, что еще хуже, вышвырнет на улицу сразу после родов, а ребенка оставит для себя и своей шалашовки.
— Беременность? — Рома стискивает челюсти, будто злится.
— Это лишь моя догадка. Но я рекомендую вам ее проверить, — не унимается докторша.
— С этим может быть связанна потеря аппетита? Бессонница? — вдруг спрашивает Рома. — Она последние дни очень плохо спит и мало ест.
Вы поглядите, какие мы оказывается внимательные?! Вот же… Я просто дар речи теряю от происходящего.
— Конечно, — пожимает врач плечами. — Так же набухание молочных желез вполне возможно. Повышенная чувствительность тоже симптом беременности.
— Да, а еще это все симптомы месячных! — не выдерживаю я. — У меня месячные, ясно вам обоим?! Обсудили? Я счастлива! Пойдем уже оденем меня!
— Ты же врешь? — подозрительно щурится Рома.
— Да с чего ты взял?!
— Ты в трусах, Лесенок.
— Боже! Мне тебе еще прокладку предъявить?! Я вообще-то тампонами пользуюсь!
— Извините, что влезаю, — снова эта зараза.
— Не извиняю! — я просто в бешенстве.
— Говорите, доктор, — настаивает Рома.
— Но кровотечение вовсе не всегда означает отсутствие беременности. Возможно вам как раз нужна помощь.

















