Теперь мы квиты

– И что ты предлагаешь?

– Нам нужны Гессы.

В ответ тишина. Сверлит Варламова тяжелым взглядом. Но спустя пару мгновений просто кивает.

– Посиди тут, я сейчас, – Лука целует меня в висок, и направляется с Илаем к выходу.

– Ты молодец, стукачка, – улыбается Дема, прижимая меня к себе.

Хочется плакать, настолько я взволнована. Что они будут делать? Нет, мне не жаль Рому ни сколько, но я волнуюсь за Луку. Гесс, это тот самый отвратительный мужчина из клуба?

– Дема.

Он опускает на меня взгляд.

– М?

– Дем, пообещай, что присмотришь за Лукой? Не хочу, чтобы он пострадал.. Этот Гесс.

Огинский жмет мое плечо.

– Нормально все будет, не переживай. Спасибо, что сказала, – улыбается, подмигнув.

Я киваю. Все это время, посматривая на входную дверь.

– Держи, – перед глазами возникает рука Демы с батончиком сникерса.

– От сердца отрываю, мой ужин, – улыбается довольно.

Я смеюсь.

– У тебя ведь бой завтра.

Дема кивает.

– А как же спортивная диета и все такое?

– Да кому они нужны. На диетах сидят только лохи, – смеется, проводя ладонью по волосам. – Бери, – хватает мою ладонь и вкладывает в нее шоколадку.

Я стою и смотрю на нее, словно завороженная. На нечто запретное, из прошлой жизни. Сможем ли мы с Лукой вернуть все и жить как раньше? Или шлейф Вершининых так и будет преследовать меня?

– Спасибо, но я не голодная, – возвращаю шоколадку.

Дема пожимает плечами.

– Как знаешь.

В этот момент в помещение заходят Лука и Илай. Варламов тут же притягивает к себе и целует в висок. Пока он разговаривает с ребятами, ни на секунду не выпускает меня из рук.

– Гессы в деле, – произносит он.

Остап и Дема кивают.

– Вы же понимаете, если мы сегодня сделаем это, то встанем в один ряд с братьями. Я понятия не имею, чем это все закончится, и со свой стороны прошу вас остаться и дать нам с Илаем сделать это самим, не подставляя вас. Это личная месть и я не хочу, чтобы вы лезли в криминал.

– Послушай, Лука, – поднимает на него глаза Остап. – Прекращай быть мамочкой—наседкой. Нихера это не ваша личная месть. Потап был и нашим близким, – он поднимает глаза к Илаю. Тот молчит, смотрит на Остапа из—под хмуро сведенных бровей.

– И твоя женщина, – а теперь он смотрит на Луку, потом скользит взглядом по мне. – Тоже наша семья. А меня с детства учили, что нужно защищать семью. Давно пора взгреть ублюдка.

Лука молчит, только мускул на скуле нервно дергается.

– У тебя бой завтра. Ты остаешься, – бросает короткое Деме.

Тот спичкой вспыхивает в ответ.

– Х*й там, я останусь. Этот урод чуть не пустил мне пулю в лоб, он уже за*бал путаться под ногами. Мы едем и делаем это вместе, Лука. А насчет боя – не переживай. Я выиграю.

Тишина, воцарившаяся после этих слов слишком тревожна. Под ложечкой неприятно сосет.

– Тогда идем, – выдает вдруг Варламов.