Теперь мы квиты

В висках пульсировало. Алкоголь отпускал, и если вспомнить, сколько я в себя влил за ночь – худо мне здесь придется в ближайшие сутки.

Он впивается в меня гневным взглядом. Только мне сейчас плевать. Если даже отмудохать меня решит, я ж ничего не скажу. Даже вариантов нет.

Взяв со стола ноутбук, подходит ко мне и ставит его напротив. На экране запись на «паузе». Он включает воспроизведение.

Черно белое изображение. Немного размыто, не видно лиц. Запись с видеонаблюдения. Но, по одежде, фигуре и прическе можно понять, кто именно на ней. Я отчетливо вижу, как мы с Демидом заходим в дом Давида. И в моих руках ствол.

– Нет-нет, вы не отворачиваетесь. Тут продолжение.

Он включает запись снова и теперь, спустя время, мы покидаем двор Архарова, озираясь по сторонам.

Я замираю. Мышцы дубеют, мысли вялые, ленивые. И в то время, когда нужно собраться, я полностью разбит. Будто только сейчас понимаю, что все по серьезке. Вот он я – вчера на ринге дрался с лучшим другом, меня предала любимая, а сегодня я зек за решеткой. И казалось ведь, что хуже некуда.

– Откуда у вас это? – поднял усталый взгляд на Казанова.

Он внимательно следил за моей реакцией.

– Анонимный доброжелатель прислал мне на почту сегодня ночью…

Я засмеялся. Прикрыл глаза, выдыхая. Ну, бл*ть, Вершинин, ты тот еще лось. Обставил меня в очередной раз. Поставил раком и отымел по-полной.

* * *Здесь стоял ужасный запах. Будто кто-то сдох и неспешно разлагался, отравляя наше пребывание в этой конуре. Меня постоянно мутило, но такое состояние могло быть просто отходняком после попойки.

Темное подвальное помещение с обшарпанными стенами, восемь шконок – одна на другой. Грязный нужник в углу комнаты и железная дверь. Воздух здесь совсем не циркулирует, от этого создается ощущение удушения. В голове не хватает кислорода, отчего мысли становятся вялыми, путаются.

Дема сидел справа от меня. С виду абсолютно спокоен, словно уже не раз бывал в местах не столь отдаленных. На его скуле красовалась свежая ссадина и синяк – спецназовцы отработали свой хлеб на пятерочку. Усмехнулся. Хорошо, что лиц не видно, Дема был бы не прочь выйти потом с каждым «раз на раз».

– Как думаешь, надолго мы тут? – раздался его тихий голос. Я видел, как в нашу сторону недовольно покосился зэк с противоположной койки. Помимо нас, здесь было трое. Не уверен, что хочу с ними общаться или заводить знакомства. Но и о правилах жизни в подобных местах наслышан. Сюда со своим уставом лучше не соваться, поэтому я подошел к Деме и сел рядом.

– Уже темно. На ночь точно здесь останемся, – произнес тихо, хотя понимал, как это бредово звучит. Боюсь, как бы на десятку не заехали в эти места.

Дема поднял голову, посмотрел на узкое окно вверху стены. Длиной оно было не больше вытянутой ладони.