Теткины детки

— Что? — бормочет Леонид и шарит рукой под одеялом, ищет Татьяну.

Татьяна забивается в уголок.

— Вставай! — говорит Марья Семеновна, поднимает с пола серебряную ленту и сует ее в ящик комода. — Михалыч приехал.

Леонид вскакивает, натягивает брюки, рубашку, сует ноги в башмаки.

— Кто? Кто приехал? — пищит из-под одеяла Татьяна."

"— Михалыч. По-русски — приемщик стеклотары. Бутылки надо сдать, а то матушка знаешь какой нагоняй устроит!

— Не знаю.

— Ну, узнаешь еще. Не все сразу!

И он хлопает дверью.

— Держите! — Ляля шлепает на стол пачку бумажек. — Билеты на теплоход. До Углича и обратно. На три дня. Конечно, не медовый месяц, но все-таки свадебное путешествие какое-никакое. И заметьте, полный полупансион!

— Лялька, ты… ты… ты Новый год! А что такое полный полупансион? Я думала — или полный, или полу.

— Это значит — вот вам еще двадцать пять рублей на мороженое и прочие глупости. Сильно не напивайтесь, знайте меру!

— Не-ет, Ляль, не надо! — Татьяна прячет руки за спину и делает шаг назад.

— Надо, надо! Свадебный подарок. Мы с Мишкой на завтраках экономили.

— На каких завтраках?

— На школьных, каких же еще! Особо не обольщайтесь — каюта третьего класса.

Каюта третьего класса — две полки, одна над другой, в длинном ряду таких же полок. Справа — полотняная занавеска. Слева — полотняная занавеска. За занавесками — такие же татьяны и леониды.

— А как же мы… — шепчет Татьяна.

— Потерпим три дня? — шепчет в ответ Леонид.

— А туалет где?

— Туалет на верхней палубе.

— Шутишь?

— Ну вот еще! А что, тебе так сильно надо в туалет? Потерпишь три дня!

— А окна?

— Не окна, а иллюминаторы. В трюмах не бывает.

— Ага, значит, мы в трюме. А где разбойничий груз?

— Вот он, мой разбойничий груз!

Он хватает ее и валит на койку. Она хохочет, отбивается.

— Сумасшедший! Здесь же люди!

— Так тебе люди дороже?

— Мне репутация дороже! Я, между прочим, замужняя женщина!

— А я, между прочим, женатый мужчина!

— Вот и веди себя поскромнее.

— Женатые мужчины в командировках и отпусках скромно себя не ведут.

— А как же «потерпим три дня»?

— Н-да, срезала.

И все смешно.