Тихое счастье

 – Эх, папка, папка! Ну, ведь знаешь же, что нельзя тебе с твоим давлением волноваться!

– Прости, дочь! – Денис Петрович легко сжал ладошки дочери, повинился:

– Сама понимаешь, не умею я по-другому! Не получается у меня!

– Ага! А от меня требуешь! – буркнула дочь и, решив сменить тему, спросила:

– Что врачи тебе говорят?

– Да что они могут говорить? Все как всегда: тишина, спокойствие. На пенсию намекали.

– Ага, ага! – усмехнулась дочь. – Слышали мы про твою пенсию! О причине твоего криза спрашивать не буду, все равно ведь не расскажешь?

– Не расскажу, – Денис Петрович улыбнулся дочери теплой улыбкой, – сама все знаешь."

"– Ну, тогда расскажи хоть, как ты тут без меня эти две недели жил? Какие новости у тебя?

– Ой, да какие у меня могут быть новости? – Денис Петрович улыбнулся. – Расскажи лучше, как вы с Кариной отдохнули. Я смотрю, ты загорела. Тебе очень идет загар, дочь. Ну что, я был прав? Есть жизнь на морях?

– Спасибо, пап! – Олеся тепло улыбнулась отцу:

– И жизнь есть, и бьет ключом. И бьет она этим свои ключом почему-то по темечку! – рассмеялась Олеся.

– И что? Неужели моя умная дочь даже курортный роман успела закрутить за эти две недели? – прищурился хитро отец.

– Нет, пап, ничего такого, о чем тебе надо знать! – отмахнулась Олеся. – Курортные альфонсы меня не интересуют, ты же знаешь. А так да, накупалась, надышалась морским воздухом и загорела. Готова и дальше грызть гранит науки и обслуживать интернет-пользователей!

Ответить дочери Денис Петрович Тихий не успел, потому что в этот момент дверь в палату открылась, впуская сразу и строгого седого врача, и безупречно одетую, стройную как тростинка, красивую женщину.

Правила посещения больных были одинаковы для всех, а потому на плечах красавицы поверх бордового комплекта, состоящего из платья и пиджака, был накинут белый халат, на ногах, поверх туфель на шпильке, были натянуты голубые бесформенные бахилы. И этот халат, и уж совершенно точно нелепые бахилы на дорогих туфлях явно злили красавицу, но ослушаться врача она не могла. Оба вошедших были знакомы семейству Тихих.

– Клава, привет! – Олеся мимоходом кивнула красавице и встала на встречу врачу. – Олег Петрович, что с папой?

– В санаторий хочу отправить твоего папу. Но только после лечения! Знаю, что не послушается он меня здесь, не утихомирится, так хоть там в норму придет за три недели. Вот только не надо меня сверлить взглядом, товарищ генерал! Три недели! Не меньше!

– Я поняла Вас, Олег Петрович, три недели! – Олеся серьезно кивнула.

– Да, именно три недели! Я настаиваю на этом сроке. Ему там за это время здоровье если не поправят, так хоть стабилизируют. У нас есть замечательные санатории на Черном море.