Темный любовник

Не сегодня-завтра ее мир перевернется с ног на голову. Прошлой ночью чуть не изнасиловали. Бедолага!

Будь он приличным человеком, оставил бы ее в покое.

Всего-то осталось: вспомнить, когда он в последний раз вел себя прилично… Проклятая родословная.

Рэйдж появился как из-под земли. Ослепительный блондин в черных штанах и кожаном плаще до пят. Известный любитель проверить силу чар на особах противоположного пола. Частенько после боя он выпускал пар на койке с подружкой, а то и с двумя.

Если бы секс был едой, Рэйдж страдал бы избыточным весом.

За красивой внешностью скрывались более серьезные достоинства: мужество, находчивость, преданность. От рождения обладающий исключительной физической силой, он предпочитал убивать лессеров голыми руками, оставляя кинжалы напоследок, чтобы растянуть удовольствие от сражения.

Из всех братьев Голливуд был единственным, перед кем преклонялась молодежь. Многие парни из их племени мечтали оказаться на его месте.

Плененные внешностью и крутизной кумира, они видели лишь парадный фасад.

Все было не так просто. Рэйдж был проклят, в буквальном смысле. Его угораздило влипнуть в серьезные неприятности сразу же после превращения. И высшая сила в лице Девы-Законоучительницы, присматривающей из Забвения за своим народом, жестоко покарала его. Двести лет принудительного лечения от вспыльчивости методом отвращения. Эта шоковая терапия ударяла всякий раз, когда он выходил из себя.

Несчастный вызывал жалость.

— Как успехи? Есть планы на сегодня? — спросил Рэйдж.

Рэт прикрыл глаза: в памяти промелькнуло обнаженное тело Бэт, судорожно выгибающееся под его ласками. Мысль о поцелуях заставила сжать кулаки так, что захрустели суставы.

«Эка изголодался я», — подумал вампир.

— Все в норме, — объявил он.

— Стой-ка: а это что? — не отставал Рэйдж.

— Какое — что?

— Выражение лица. И черт возьми, куда делась твоя рубашка?

— Отвали.

— Что за… Да пропади я пропадом, — рассмеялся Рэйдж, — ты уже трахнул кого-то сегодня, да?

Черт, только не про Бэт говорить такое, и не потому лишь, что она — дочь Дариуса.

— Закрой пасть, Рэйдж. Я не в настроении.

— Эй, я тебя вовсе не осуждаю. Но просто обязан спросить: как она? Ты не выглядишь особо расслабленным, братец. Давай я научу ее парочке трюков, а потом верну тебе, и ты снова…

Рэт молча впечатал Рэйджа в стену рядом с зеркалом.

— Или ты заткнешься, или станешь на шесть дюймов короче. Решай сам, Голливуд.

Братец просто резвился, но перспектива поставить отношения с Бэт в один ряд с сексуальными подвигами Рэйджа казалась немыслимой.

А может быть, он, Рэт, уже начал чувствовать себя собственником?

— Ну? Ты определился? — протянул он.

— Вполне. — Рэйдж ухмыльнулся, блеснув ослепительными зубами. — Расслабься.