Измена. Осколки чувств (СИ)

— Зачем ты все это спрашиваешь?

— Да я просто хочу понять, где ты проводишь ту границу, за которой начинается невозврат, — пожал он плечами. — Пока что, по твоим же словам, счастливую семью от развода отделяет лишь расстегнутая ширинка.

Я даже рот открыла. Это звучало очень глупо. Но ведь он прав. Или нет? Или неправа я? Что он пытается до меня донести?

— Я не понимаю и совсем запуталась, — пожаловалась я.

— Думаю, ты сейчас просто не готова к тому, чтобы это понять. А может, никогда не будешь готова. Я не собираюсь вкладывать тебе в голову свои мысли. Ты сама должна дойти до этого, пройти свой путь. Но тебе это сейчас трудно, ты в стрессе, в панике, расстроена. Ты смотришь не в ту сторону, Лиза. Ищешь какие-то доказательства, ставишь «жучки», нервы себе треплешь. Это все ни к чему, поверь. Просто подумай об этом на досуге, — сказал он, сняв сковороду с огня и доставая тарелки.

О чем он? А куда же нужно смотреть?

Я и правда была слишком растеряна, а еще расстроена, чтобы нормально соображать, а Градов говорил какими-то загадками.

В этот момент раздался звонок в дверь.

Александр пошел открывать, а я за ним следом.

— Вот она, шеф. Злобная такая. Не хотела с нами идти, поводка с ошейником нет, мы ее руками, а она, сука, Вована кусила, — пожаловался один из парней.

Второй стоял рядом, нахмурившись и держал перетянутую бинтом кисть.

Собака, завидев меня, тут же бросилась ко мне в ноги.

— Она просто испугалась, — вступилась я за животное. — А вы, Вован, в больницу езжайте, пусть вам укол сделают.

— Она непривитая? — поднял брови Градов.

— Не знаю, — пожала я плечами.

— Блеск! — вздохнул он, закатив глаза, и закрыл за парнями дверь. — Ладно, идем ужинать.

Мы прошли на кухню.

— У меня нет собачьей еды, — почесал подбородок Александр, глядя, как животное нюхает воздух возле плиты со стоящей на ней сковородой.

— Думаю, она сейчас любой пище будет рада.

— Эй, мохнатая морда, — обратился он к собаке, — ты будешь творог?

Она завиляла хвостом.

— Как ее зовут?

— Не знаю.

— Ты ее на улице что ли подобрала?

— Угу. Но это она сама подобралась.

Александр поставил на пол две миски — с творогом и водой. Собака ломаться не стала и от угощения не отказалась.

После чего он принялся накладывать в тарелки еду уже нам.

— Ты очень хорошо готовишь! — удивилась я, попробовав изумительные овощи с кусочками курицы. — Даже не предполагала, что ты умеешь!

— Да, меня это успокаивает, — ухмыльнулся Градов.

Не знала, что он может нервничать. Он обычно спокоен, как танк, и холоден, словно айсберг. Думала, что у него нет нервов вообще — а вместо них железная арматура.

Ммм… Как же вкусно! Вот бы для меня кто-то так готовил! Я так точно не умею, а Дима к плите вообще не походит.

— Что надумала делать? — полюбопытствовал Александр, когда мы заканчивали ужин.