Титановый король

– Спокойной ночи, Фед. Спасибо за массаж."

"– Спокойной ночи, – мямлю я, чувствуя, как звуки увязают между глоткой и языком, слипаются в слова и с трудом находят выход. Дина подхватывает пиджак и начинает подъем по лестнице. Ноги у нее откровенно красивые. Хотя, конечно, я предпочитаю другие формы. Лизины… Тяжелую, вскормившую сразу двух пацанов грудь, мягкий живот, женственные бедра. Я воскрешаю в памяти ее образ, а вместо этого перед глазами встает вчерашняя ночь. Тонкие, как прутики, укутанные светом ноги. Маленький и тугой бугорок груди… Поместившиеся в ладони ягодицы, которые я вполне мог удержать одной рукой. Но жадничал и хватал обеими.

Я осекаюсь. Паника подкатывает к горлу. Хватаю со стола бутылку Липтона. Скручиваю крышку с горлышка, и осушаю ее до дна тремя жадными глотками. Блаженная тишина, к которой очень быстро привыкаешь за городом, сейчас кажется довольно сомнительной привилегией. Я подхожу к окну, за которым все до того белое, что включенные фонари кажутся лишними, и понимаю, что Лизе бы здесь понравилось.

Я возвращаюсь к дивану и заставляю себя сосредоточиться на конспектах. Учеба идет со скрипом и дается мне тяжелей, чем раньше. Поначалу я списываю это на долгий перерыв и успевшие заржаветь мозги, но потом, наконец, понимаю, в чем дело. Раньше мы готовились с Лизой, а теперь я все время один. Один за партой, один в столовке, один за конспектами. Я листаю тетрадку, а рука сама собой тянется к коленям, на которые Лиза обычно укладывалась головой да так и лежала, в блаженстве прикрыв глаза, пока я перебирал ее волосы и читал какую-нибудь патанатомию… Иногда она засыпала. И я не решался ее будить, хотя порой и очень… очень того хотелось.

«Существует масса других способов доставить удовольствие друг другу…» – будто издеваясь, в ушах снова звучит Динин голос. Я совру, если скажу, что возвращаюсь к этим ее словам в первый раз. Меня будоражит оговорка «друг другу»… С Лизой… короче, с ней мне было в кайф просто по факту. Ей не приходилось придумывать что-нибудь эдакое или как-то стараться. Меня приводила в восторг сама возможность заняться с нею любовью, ведь, учитывая все нюансы, – двое гиперактивных пацанов, работу, с трудом совмещающуюся с учебой, усталость – выпадала она нечасто… Как будто все было против нас. Теперь же…

Интересно, что Дина имела в виду? Почему я только об этом и думаю? Неужели я настолько примитивен, настолько безволен и слаб, что позволю животным инстинктам перечеркнуть все… вот вообще все, что было? В кого это меня превратит? Как во мне это все помирится?

Я возвращаюсь к себе. Открываю телефон и начинаю методично просматривать архив наших с Лизой фото и видео. Меня отпускает ближе к концу.