Титановый король

И, кстати, если ты еще раз заглянешь в папочку, увидишь, что печень Лизы пересадили некоему Тимуру Асланову, а не мне… Единственное, что нас связывает с Лизой, так это то, что она умерла в день, когда я, напротив, получила шанс выжить. А теперь… убрал руки… Моя охрана и так мечтает тебе их переломать. Не давай повода.

– Я не понимаю. Дин, эй… Ты чего? Я же… я искал ее, чтобы проститься. Я… я правда тебя люблю. Я… ты куда?

– Тебя это больше не касается.

– То есть… подожди. Ты что, меня бросаешь?

Нет, его непонимание выглядит даже трогательно. Жаль, во мне нет никаких чувств. Душа выжжена. Ничего… Ничего нет. Я – пустота в пальто.

– Ну, это как-то драматично. Не находишь?

– Нет. Не нахожу. – Надо же, огрызается! – Я вообще ни черта не понимаю... Я же просто хотел поставить точку в истории с Лизой, чтобы быть с тобой! Ты слышишь меня?! Ты вообще меня слышишь?!

Не слышу. Наверное, это и есть предел.

– Убери руки.

– А дети?! На них тебе тоже насрать? И их выбросишь из своей жизни? Вот так… – Фед вскакивает, машет руками. А ведь на нас и так все смотрят.

– Вы можете жить в доме на озере сколько хотите. Уверена, к нему они привыкли больше, чем ко мне. Прощай.

Я все-таки ухожу. Он бросается следом. Охрана не дает и близко ко мне подойти. И, наверное, если бы я обернулась, то увидела бы безобразную сцену. Но я всегда ухожу не оглядываясь.

Дальше сплошная механика… Номер в блок. Нет, три номера… Выдирая с корнем рывком. Хорошо хоть домой не надо. Документы с собой, а вещи всегда можно купить новые. Ну а дальше всего одна остановка на дозаправку, и Дублин. Я училась здесь в школе, хотя Ирландия не самое популярное направление для учебы богатых детишек. Просто однажды побывав в этой стране как турист, я захотела остаться на более длительный срок. Потом было много всякого. Но на зеленых просторах Ирландии я всегда ощущала себя как дома. Я надеялась, что если где мне и станет лучше, то только тут, среди скал, омываемых океаном. Но время шло, а лучше не становилось. Я старалась больше бывать на воздухе, здесь он свежий и до того соленый, что аж на языке горчит. Но вместо прилива сил и приятной усталости после долгой прогулки чувствовала лишь изнеможение. Аппетит пропал. Меня все время мутило. Я глотала свои таблетки, с трудом доползала до кровати, где, свернувшись калачиком, пыталась себя убедить, что ничего не случилось… Что тревожные симптомы мне просто чудятся. Что мутит меня от непривычной еды, усталость – от моей чрезмерной активности, а цвет кожи – работа солнца и ветра. О, какие у нас здесь ветра!

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я перестала себе врать и признала, что мои проблемы со здоровьем вернулись. Что я уже почти труп, что я и шевелюсь-то исключительно из упрямства.