Тьма
Личная трагедия окончательно выбила Кейт Норт из колеи, поэтому, когда ей выпадает шанс заменить врача на исследовательской станции в Антарктике, она с радостью соглашается, надеясь, что это поможет ей прийти в себя. Смена обстановки кажется Кейт идеальным решением. Даже несмотря на то, что ее предшественник, доктор Жан-Люк, погиб в результате несчастного случая…И пусть полярная станция и не райский оазис, но здесь, на краю земли, она хотя бы сможет укрыться от терзающих ее воспоминаний и всецело отдаться работе. Следующие восемь месяцев ее компания – это бескрайние белоснежные просторы и тринадцать человек, с которыми она будет вынуждена провести самую долгую зиму в своей жизни.Но когда наступает полная темнота, Кейт начинает подозревать, что смерть ее предшественника вовсе не случайна. И чем больше вопросов она задает, тем сильнее накаляется обстановка…
Я не могу думать об этом сейчас, решаю я, все, что в моих силах, это молчать и вести себя как обычно, надеясь, что кто бы это ни сделал, он оставит эту информацию при себе. А если они решат обнародовать ее, что ж, мне просто придется сознаться и отдаться на милость Сандрин.
Господи, она же не может меня уволить, да? Я единственный доктор, который у них есть до прибытия самолета следующей весной.
Возможно, злоумышленник оказал мне услугу, думаю я, когда мигрень достаточно отступает, чтобы можно было пойти увидеться с Каро. В конце концов, знать, что у тебя есть проблема, это не то же самое, что справляться с ней – это битва, которую я всегда откладывала на завтра.
Иронично, но, может, это именно тот толчок, который мне и нужен."
"Я нахожу Каро одну в библиотеке, пишущую письмо. Странно, учитывая, что возможности доставить его получателю в ближайшие шесть месяцев не предвидится.
– Я пишу родителям раз в неделю, – говорит она, поймав мое растерянное выражение лица. – Рассказываю, что делала, новости о станции и тому подобное. Они обожают получать их, даже если письма прибывают одной большой кучей.
Они владеют ранчо, вспоминаю я, занимаются фермерством на холмах рядом с Крайстчерч. Единственный ребенок – и, по ее собственному признанию, во многом пацанка – Каро выучилась на сантехника.
По правде, она до сих пор пацанка, отказывающаяся от макияжа, неизменно одетая в старый свитшот и мешковатый комбинезон. Но я почти уверена, что она гетеросексуальна, с другой стороны, Элис, настолько женственную, насколько это возможно, совсем не привлекает противоположный пол.
Я прикусываю губу, сомневаясь. Раздумывая, следует ли задевать тему.
– Каро, можно задать тебе вопрос? – Я оглядываюсь проверить, что нас не подслушивают.
– Конечно. – Она откладывает ручку и обращает на меня все свое внимание.
– Ты можешь пролить хоть немного света на то, что случилось вчера? Алекс с тобой об этом вообще говорил?
Каро покусывает губу.
– Немного. Он считает, что остальные винят его за произошедшее с Жан-Люком. Но это не его вина, Кейт. Алекс очень осторожен. Я имею в виду, педантичен, когда дело доходит до серьезных вопросов.
Несмотря на то что рассказал вчера Дрю, слова Каро звучат правдиво. Все-таки если ты был замешан в чем-то или, как минимум, причастен к чьей-то смерти, например, к тому, что произошло с девушкой в Новой Зеландии, этот опыт наверняка бы тебя изменил.

















