Тьма
Личная трагедия окончательно выбила Кейт Норт из колеи, поэтому, когда ей выпадает шанс заменить врача на исследовательской станции в Антарктике, она с радостью соглашается, надеясь, что это поможет ей прийти в себя. Смена обстановки кажется Кейт идеальным решением. Даже несмотря на то, что ее предшественник, доктор Жан-Люк, погиб в результате несчастного случая…И пусть полярная станция и не райский оазис, но здесь, на краю земли, она хотя бы сможет укрыться от терзающих ее воспоминаний и всецело отдаться работе. Следующие восемь месяцев ее компания – это бескрайние белоснежные просторы и тринадцать человек, с которыми она будет вынуждена провести самую долгую зиму в своей жизни.Но когда наступает полная темнота, Кейт начинает подозревать, что смерть ее предшественника вовсе не случайна. И чем больше вопросов она задает, тем сильнее накаляется обстановка…
К тому времени как я прихожу завтракать, столовая почти пуста. Только Роб и Люк разговаривают, опустив головы друг к другу. Они замолкают, когда видят меня.
Я делаю вид, что не заметила. Несложно догадаться, о чем они говорят – вчерашнее фиаско с Алексом.
Я отношу кофе и несколько тостов обратно в спальню, фокусируясь на предстоящем дне. Сначала мне нужно пойти к Сандрин, попытаться восстановить отношения. Возможно, мы могли бы придумать, как помочь Алексу, может, даже справиться с ним вместе. Посмотреть, сможем ли мы разобраться во всей этой ситуации.
Мне нужно убедиться, что мы не в опасности.
Почему Жан-Люк такое сказал? Возможно ли, что он имел в виду нечто совсем другое? Что я неправильно поняла, или смысл потерялся при переводе? Проверю видео еще раз, решаю я – в холодном свете дня вероятность, что я допустила ошибку, кажется выше.
Сейчас или никогда. Я сажусь на кровать с моим крохотным зеркальцем, принимаюсь за макияж. Я хочу произвести хорошее впечатление сегодня, и, если честно, мне нужна любая помощь – кожа выглядит мертвенно бледной, волосам очень нужна стрижка.
Фокус в том, обнаружила я, чтобы использовать настолько маленькое зеркало, что можешь рассмотреть в нем только часть лица за раз. Я втираю немного тонирующего увлажняющего крема, кончики пальцев проходятся по линии шрама на щеке, притягиваясь к нему, как язык к сломанному зубу. Он притягивает так же, как и отталкивает.
Моя метка.
Еще одно напоминание, что, вопреки обвинениям Бена, я очень далека от идеала.
– Можно войти?
Я просовываю голову через приоткрытую дверь в офис Сандрин, улыбаясь в самой дружелюбной манере. И получаю лишь короткий кивок в ответ на мои усилия.
– Закрой за собой, пожалуйста.
Я набираюсь сил. Значит, это будет полноценный выговор. Протокол станции таков, что люди редко закрывают двери вне своих комнат. Сигнал, как я полагаю, что они открыты к переговорам, что ничего не скрывают.
Сандрин указывает на стул напротив стола, но не говорит еще несколько минут. Я не могу понять – это потому, что она пытается решить, что сказать, или же это намеренный ход, призванный заставить меня нервничать. Я не делаю попыток заполнить тишину. Какова бы ни была ее игра, я позволю ей развернуться, прежде чем отреагирую.
– Кейт, мы обе знаем, что твой приезд сюда был ошибкой.
Я пялюсь на нее, открыв рот, по-настоящему потрясенная. Она действительно это только что сказала? Несмотря на мое намерение оставаться спокойной, меня распирает от шока и злости. Я выравниваю дыхание, отвечаю холодно и взвешенно."
"– Я не знаю, как на это реагировать, Сандрин. Ты не могла бы объяснить подробнее?
Проблеск удивления пробегает по лицу начальницы станции. Видимо, она не этого ожидала.

















