Точка Бифуркации X

Рой светлячков тут же облепил тёмного, а через десять секунд от него в буквальном смысле ничего не осталось.

Демонстративная акция привела к тому, что остальные тут же замерли, подавленные и напуганные, понимая, что их ждёт то же самое в случае отказа.

В этот момент в комнату вошёл полковник Калинин. Его глаза быстро оценили разгромленное помещение и состояние офицеров.

— Бои продолжаются по всему зданию, — сообщил он, глядя на меня. — Бесов здесь с избытком.

— Принял, — коротко кивнул я, переводя взгляд в сторону. В тот же миг моя воля обрушилась на преклонивших головы демонов, которые в этот момент приняли меня как своего господина.

«С вами буду разбираться позже», — уже ментально, как для своих, произнёс я и добавил: — «До конца операции чтоб не мешались».

Следом повернулся к Калинину.

— Сколько ещё остаётся очагов сопротивления?

— Несколько этажей всё ещё под контролем бесов. Сбежать не могут — вот и бьются, — ответил он. — Но наши силы продвигаются. Ваше вмешательство существенно ускорит ход битвы.

Я понимающе кивнул — в конце концов, именно за этим я сюда и прибыл.

Калинин бросил взгляд на офицеров, которые пребывали в тяжёлом состоянии, но всё-таки остались живы и теперь свободны.

— Что с ними? — спросил он, кивая в их сторону.

— Они были одержимы, — ответил я. — Им потребуется реабилитация.

— Все что ли? — удивился полковник.

— Кроме тех троих, — рукой указывая в другую сторону, уточнил я.

Калинин снова кивнул, а затем обратился к своим людям, которые начали входить в комнату, осторожно обходя обломки и перевёрнутую мебель.

— Помогите им, — приказал он.

Комната напоминала место катастрофы. Шум битвы стих, но воздух всё ещё оставался насыщенным запахом серы и гари. Бывшие одержимые постепенно оживали, но некоторые из них так и остались без движения, будто их тела отказывались откликаться на попытки сознания пробудить их. Глаза были закрыты, а грудь едва заметно поднималась и опускалась в ритме слабого дыхания.

Я перевёл взгляд на Калинина, который стоял у двери. Его взгляд был тяжёлым, а губы сжаты в тонкую линию, отражая напряжение и сдержанную ярость — полковник, по-видимому, до сих пор ещё не отошел от запала боя.

— Им бы нормального лекаря, — коротко бросил я, оглядывая неподвижных офицеров ИСБ, чьи тела казались хрупкими и беззащитными среди хаоса.

Калинин кивнул, не тратя времени на слова, и быстро вышел из комнаты, отдавая приказы через рацию.

Я задержал взгляд на тех из них, кто начал приходить в себя. Их лица были бледны, кожа почти прозрачна, а глаза всё ещё отражали пережитый ужас, словно тени недавних событий продолжали преследовать их. Некоторые пытались подняться на ноги, но сделать это сразу ни у кого не вышло.