Точка Бифуркации XIII

На стенах слева и справа чередовались портреты монархов в золотых рамах да массивные канделябры, отбрасывающие мягкое золотистое свечение. За спиной Алексея, в нескольких шагах, шли двое гвардейцев в тёмно-бордовых мундирах с серебристыми наплечниками. Оба рослые, с серьёзными лицами и боевыми саблями в ножнах на поясе.

Когда Алексей вступил в просторное фойе перед тронным залом, ему навстречу вышел императорский распорядитель — человек в нарядном камзоле, с витиеватыми узорами на манжетах. Он сделал полупоклон и негромким, но отчётливым голосом произнёс:

— Его Величество уже в курсе вашего прибытия и велел пропустить вас незамедлительно, Ваша Светлость.

Тёмный князь, ухмыльнувшись какой-то мысли в своей голове, коротко кивнул в ответ, и распорядитель, указав рукой, пропустил его к огромным створкам, ведущим непосредственно в тронный зал.

Зал встретил Черногвардейцева тяжёлым молчанием. Казалось, сам воздух здесь был гуще, из-за насыщения величием, властью и силой. В центре — возвышение с массивным столом, за которым сидел император, окружённый ближайшими советниками и военными.

Сегодня во дворце оказалось особенно многолюдно.

Помимо нескольких помощников, в зале присутствовали и другие высокопоставленные лица: князь Белорецкий, давний знакомый Черногвардейцева, а также целая группа военных генералов из штаба Верховного командования, в строгих мундирах с нашивками и орденами. Пробегаясь взглядом по помещению, Алексей отметил и других аристократов, среди которых выделялись князь Черкасов, князь Меншиков, да и ещё пара-тройка особ, незнакомых молодому князю. Но их одежда, манеры и взгляды без слов говорили о высоком статусе аристократов. Судя по напряжённому виду этих людей, на них наверняка лежала немалая ответственность за принятие решений, касающихся военной и государственной политики.

Пока Алексей шагал по ковру багрово-красного цвета, ровно выстланному по центру зала, в метре сбоку на уровне его левого плеча внезапно материализовалась оторванная голова Светлицкого. Появилась она бесшумно и стала медленно вращаться в воздухе, словно напоминая всем присутствующим о весомости того, кто только что вошёл в этот зал. Игра света на застывшей мёртвой коже, затенённые впадины глаз, словно по-прежнему живые и до сих пор наполненные злобой и холодом.

Убийственно молчаливая деталь в картине торжественного шествия.

Сам же князь шагал по ковровой дорожке с тем же невозмутимым видом, с каким совсем недавно прошёл сквозь руины крепости. Его лицо было спокойным, но глаза внимательно изучали лица присутствующих.

Весь зал мгновенно замер. Ни один звук не прервал застывшее молчание. Все взгляды были прикованы к вошедшему и сопровождающему его жуткому трофею.