Только М.А.Т или иномирянка со своим уставом

Если задуманные мною «игры» будут проходить хотя бы один раз в год, вся академия преобразуется в раз.

— Могу я поинтересоваться? — неожиданно близко раздаётся голос проректора.

Проморгавшись от собственных видений, замечаю, что Евангелион стоит прямо передо мной и очень внимательно рассматривает моё лицо. От взгляда в зелёные глаза сердце замерло. Там не было космоса, который я привыкла видеть в глазах ЧП, и взгляд был такой тёплый и мягкий. Будто смотришь сквозь прозрачную толщу воды на дно Зелёного озера в австрийской области Штирия. Мы с Женей были там один раз во время его отпуска, но этот пейзаж сейчас отражается в глазах Евангелиона.

— Что это будут за соревнования? — мягкий бархатный голос меня обволакивал, как мед муху, попавшую в ловушку его вязкости.

Я даже не сразу сообразила, что значил этот вопрос полностью утонув в глазах и голосе этого человека.

Прод."

"Но как бы долго я не желала тонуть в этом тёплом взгляде, мне нужно было вернуться в реальность и взять уже себя в руки.

«Очнись, Вася! Ты бредишь!»

— Я хочу устроить командные игры. Мне подумалось, что, если в академии имеются ещё команды подобные нашей, можно было бы провернуть что-нибудь в духе небольшой войны, где наш взвод должен устроить диверсию, другой пресечь подобную попытку.

Всё зависит от того, кого ещё можно втянуть в соревнования, да и…

Евангелион неожиданно для меня протянул руку к моему лицу, костяшками пальцев погладив мою щёку. Это вызвало во мне такие странные и необычные чувства, что я невольно прикрыла глаза и подалась немного вперёд, чтобы ощутить полноту этого прикосновения. Сердце снова замерло на краткий миг, чтобы оставить сладкое тянущее чувство в груди.

— Мату маи (Маленькая моя) — прорвался сладкий и такой родной голос в моё сознание. И, хоть, я ни слова не поняла, но отчего-то мне показалась эта фраза такой тёплой, что по коже разбежались мурашки. — Энавиату ну астирамистэ квадо, лу инта фид жу… (Нужно ещё немного времени, и мы снова будем вместе…)

Я бы, конечно, хотела знать о чём он говорит, но раз намеренно произносит на непонятном языке, который, по какой-то причине, не может осилить мой переводчик, значит, не мне эти слова предназначаются.

Поэтому даже внимания не обращу. И вообще… Мне так хорошо уже давно не было, почему бы не воспользоваться случаем?

Зажмурившись, как в детстве перед тем как сделать пакость, точно зная, что мне сейчас перепадёт, я сделала шаг к проректору и крепко его обняла, уткнувшись носом в твердую мужскую грудь. Но вопреки моим ожиданиям, я услышала судорожный вздох и ощутила, как теплые ладони ложатся на мои плечи.

— Мату маи.

Как же хорошо… Пришейте меня так, пожалуйста.