Только с тобой. Антифанатка

Я смотрела в иллюминатор, наслаждаясь небом и видом стремительно приближающейся столицы, а Кезон пялился в телефон, словно и не замечал всех этих красот. А может быть, они просто приелись ему.

Приземлились мы неожиданно мягко – у меня в голове снова сработал стереотип насчет маленьких самолетов, и я сама не заметила, как по привычке стала хлопать – ну, как почти всегда это делают пассажиры при приземлении. Однако Кезон так посмотрел на меня, что я осеклась и опустила ладони.

– Аплодируешь своему безумию, лапуля? – осклабился он.

– Ой, Кезошка, ну хватит злиться, – улыбнулась я мило. – Подумаешь, тебя продинамили. Ты ведь звезда – найдешь себе сотню других девчонок. И они сделают все то, что ты мечтаешь делать со мной.

Боже, зачем только я говорила это – ведь я ходила по тонкому льду. Но дразнить Кезона доставляло мне удовольствие. Никогда такого не было. И ни с кем.

– С тобой я мечтаю только об одном, – мрачно ответил Кезон. – Закрыть твой очаровательный ротик. Лучше всего кляпом.

– Любишь пожестче? – похлопала я ресницами, а он прошипел что-то и, вздернув подбородок, отвернулся. Мне стало смешно."

"Нас снова посадили в минивэн и, уже подъезжая к терминалу, я вдруг подумала, что так и не сделала ни одной фотографии – ни шикарного убранства самолета, ни видов из окна. Сомневаюсь, что когда-либо еще попаду на борт супер-джета. А, впрочем, плевать.

Мы оказались в одном из ВИП-терминалов «Внуково-3», и Кезон в своих домашних драных тапках снова произвел фурор. А затем сели в машину, которая должна была доставить нас в Москву, и она оказалась точной копией той, которая забирала нас с крыши. Сервис был на высоте.

– Пирожки! – возопил Кезон, едва машина тронулась.

– Какие еще пирожки? – удивилась я, чувствуя предвкушение от скорой встречи с Москвой. Мне нравился этот город, нравился темп его жизни, и отчего-то нравилась неизвестность, которая ожидала меня рядом с Кезоном.

– Которые пекла Фроловна! Я забыл в самолете, – трагично оповестил он меня и водителя.

– Нам вернуться, Кирилл Владимирович? – тотчас спросил тот.

Кирилл Владимирович, тоже мне, пф-ф-ф! Возвращаться из-за пирожков?! Ну уж нет.

– Не нужно, – спешно сказала я до того, как Кезон открыл свой большой ноющий рот. И куда только пропал хмурый тип из самолета? На сцене снова появился шут гороховый, не иначе!

– Как не нужно? А что я есть буду? – спросил Кезон тоном человека, у которого пирожки были единственной пищей на всю неделю.

– Что-нибудь другое, – прошипела я. – Я тебе такие же испеку. Только не будем возвращаться, окей?

Я хотела поскорее оказаться в городе, чтобы затеряться среди его бесконечных улиц. Окончательно стать невидимой для своего прошлого.