Только с тобой. Антифанатка

Она оказалась горничной, которая в спешке приготовила квартиру для гостей. Алия передала нам ключи, сказала коды от двери в тамбуре и от сейфа в квартире, после чего спешно покинула нас. И мы остались вдвоем. Ремонт в квартире действительно был хорошим и свежим, а мебель – новой, но Кезон все равно был недоволен. Он, видите ли, хотел джакузи.

– А поющий унитаз тебе не нужен? – злобно спросила я. – Отличная квартира, перестань ныть!

– Я не ною. Я выражаю свое мнение, – обиделся Кезон. – Тиранша.

Он ступил в гостиную – светлую и уютную, с фортепиано и камином, но я буквально оттащила его назад.

– Обувь сними, – строго велела я. – Это тебе не Нью-Йорк.

– А если здесь пол грязный?

– Вот тебе одноразовые тапочки.

– Перемой пол, – велел Кезон. – Я не доверяю таким квартирам.

У меня в голове взорвалась молния.

– Издеваешься?

– Нет. У нас же договор. Я плачу тебе деньги, а ты играешь роль моей девушки и выполняешь поручения, – спокойно ответил музыкант.

– Перемою, – грозно пообещала я. Но дело было не только в деньгах – он ведь действительно спас меня. Увез в другой город.

В итоге Кезон выбрал большую спальню с огромной кроватью, вычурным комодом и плазмой на стене, и пока он валялся, я, как Золушка, драила пол – благо в кладовке оказалось много чистящих средств. Я занималась уборкой до глубокой ночи – меня это успокаивало. А после сделала себе кофе – в квартире неожиданно обнаружилась кофеварка. На запах кофе из комнаты появился Кезон, который переоделся в свободную футболку и бриджи.

– Тоже хочу, – заявил он, и я глазом не успела моргнуть, как схватил мою горячую кружку. Разумеется, Кезон обжегся – кофе попал ему на грудь, но, слава богу, совсем чуть-чуть. Остальное оказалось на полу, и я снова взялась за швабру. А Кезон уселся на диванчике, что стоял на кухне, сложил ноги на пуфик и включил небольшой телевизор, висящий над круглым обеденным столом.

– Сделай мне кофе, как закончишь, – попросил Кезон, и я мысленно пожелала ему провалиться. Но сделала. Даже принесла – на деревянном подносике.

– Лапуля, ты сахар забыла положить, – улыбнулся он.

– А ты забыл положить себе в голову серое вещество. Но это же тебе не мешает, – вернула ему улыбку я.

– Я хочу сладкий кофе. Сделай, будь добра.

Скрипнув зубами, я положила ему сразу четыре ложки. Пусть засахарится, скотина.

– А это слишком сладко, – поморщившись, объявил Кезон, снова попробовав напиток.

– Тогда не пей, – попыталась я забрать у него кофе.

– Нет уж, – воспротивился он. Не отдал кружку. – Люблю, знаешь ли, на ночь бахнуть кружечку кофеина. Кстати, что это за дерьмовый сорт?

– Без понятия. Что было, то и сварила. Не хочешь – не пей, сказала же.

– Какая ты ворчливая, – заботливо заметил Кезон.