Только с тобой. Антифанатка

В ответ Кирилл лишь улыбнулся. А мне вдруг показалось, что глаза его наполнены светом. Или во всем виноват алкоголь? Хотя и выпила я совсем немного.

Мы отправились домой – неспешно шагали по улице, и наши предплечья касались друг друга, а я поймала себя на мысли, что мне хочется, чтобы Кирилл взял меня за руку. Хочется почувствовать тепло его твердой узкой ладони.

– Тебе нравится этот город? – спросил он, явно не зная, о чем я думаю.

– Очень, – улыбнулась я. – А тебе?

– Не знаю. Когда-то я мечтал путешествовать. А потом поймал себя на мысли – для меня все большие города стали похожими. Рим, Париж, Лондон, Нью-Йорк… Но, надо признать, здесь неплохо. По крайней мере, сейчас.

– А я хочу побывать в Риме, – призналась вдруг я. И почему я становлюсь рядом с ним такой откровенной.

– Рим? Что такого в Риме? – спросил Кирилл с любопытством.

– Ты как дурачок. Это же один из древнейших городов с богатой историей и архитектурой, – начала было я, но меня перебили:

– А если честно? – хитро прищурился он, словно видел меня насквозь.

– Хочу попробовать настоящую итальянскую пиццу и пасту, – призналась я. – С детства.

Кирилл засмеялся.

За руку он меня все же не взял. А если бы взял, я бы вырвала свою ладонь из его пальцев.

Уснула я снова мгновенно, едва легла в кровать с влажными после душа волосами, но сквозь сон слышала, как Кирилл выходил на лоджию и долго стоял там. То ли не мог уснуть, то ли не хотел.

Я разлепила глаза рано утром от того, что в спальне пахло свежесваренным кофе. Аромат был столь ярким и соблазнительным, что я приоткрыла один глаз. Напротив меня на стуле сидел Кирилл и, уткнувшись щекой в кулак, гипнотизировал взглядом.

– Доброе утро, лапуля, – громко сказал он, увидев, что я проснулась, подорвался и распахнул шторы, впуская в спальню солнечный свет.

– Я еще сплю, – простонала я, укрывшись одеялом до самого носа. Лучи попадали прямо в глаза.

– Хватит спать, Наташенька, вставай и иди совершать подвиги!

– Я что, рыцарь? – фыркнула я, с жадностью вдыхая соблазнительный кофейный аромат.

– А почему бы и нет? – улыбнулся Кирилл."

"– Тогда ты будешь моей принцессой, – объявила я и все-таки поднялась – да так резко, что едва не перевернула белоснежный поднос, стоящий на второй половине кровати. На подносе я увидела кружку кофе, который расплескался по его деревянному дну, зефир и две алые розы.

– Ну спасибо, – мрачно сказала я, дотронулась до цветка и тотчас уколола палец. – Хочешь, чтобы я умерла?

– Что? – изумился Кирилл.

– Два цветка дарят на похороны, – зевнула я.

– О, пресвятые галоши, – закатил глаза музыкант. – Точно. Я и забыл, что у вас есть эта дикая традиция с четным и нечетным количеством.

– Тебе повезло, что я несуеверная.